Читаем Фонтаны рая полностью

По современным меркам компьютер, как и кухонное оборудование, следовало давным-давно выбросить. Но устройство было полностью автономным и избавляло бабушку от необходимости обращаться к городским хранилищам информации. Память компьютера лишь незначительно превышала память человеческого мозга, но для весьма скромных запросов Элен этого вполне хватало. Увлечение минералами неизбежно привело ее к кристаллографии, а потом и к теории групп. Теория групп развила в ней еще одно вполне безобидное пристрастие, которое скрашивало одинокую жизнь Элен Макензи. Двадцать лет назад, в этой же гостиной, она заразила своим пристрастием и Дункана. «Болезнь» мальчика длилась всего несколько месяцев и ушла, сменившись другими интересами. Но Дункан знал: спорадические рецидивы этой «болезни» будут проявляться у него всю жизнь. Еще не раз его изумит, что из пяти совершенно одинаковых квадратов можно построить вселенную, исследовать которую не под силу ни человеческому мозгу, ни электронным мозгам компьютера…

В последний раз Дункан был у бабушки три недели назад и не нашел никаких перемен. Ему даже показалось, что все это время бабушка неотрывно просидела за рабочим столом, сортируя камни и кристаллы, а дисплей за ее спиной беспрерывно выдавал промежуточные решения проблем, над которыми бился компьютер. Как всегда, бабушка была одета в длинную тогу, придававшую ей некоторое сходство с римской матроной. Правда, Дункан сомневался, что матроны позволяли себе щеголять в таких растрепанных и, по правде говоря, давно не стиранных одеждах. Что ж, бабушкино заботливое и аккуратное обращение со станками и инструментами не распространялось на собственный внешний вид.

Когда Дункан вошел, бабушка не встала, а лишь слегка наклонила голову, подставляя щеку для обычного поцелуя. Выполняя этот ритуал (как всегда, искренне), он заметил кое-какие перемены во внешнем мире за окном.

О виде, открывающемся из бабушкиного венецианского окна, ходили легенды, однако лишь немногие удостаивались привилегии лицезреть это своими глазами. Дом Элен был частично врезан в уступ, глядящий на высохшее озеро Лох-Хелл-брю и окрестный каньон. Таким образом, бабушка могла наслаждаться панорамой едва ли не самого живописного уголка Титана. Когда над горами бушевали бури, сыплющиеся с неба аммиачные кристаллы на несколько часов загораживали вид. Но сегодня погода была ясная, и Дункану открывалась поверхность планеты в радиусе двадцати километров.

— Что там такое? — спросил он.

Поначалу Дункан решил, что видит извержение огненного фонтана. Такие извержения иногда происходили в нестабильных районах и представляли собой изрядную опасность. Нет, это не извержение, иначе службы оповещения Оазиса заблаговременно предупредили бы жителей. Затем он понял: столб яркого, хотя и задымленного света, сияющий над холмом в трех-четырех километрах от бабушкиного дома, — дело человеческих рук.

— Не знаю, что именно они затеяли над Гюйгенсом. Похоже на реакцию синтеза. Могу только сказать: это горит кислород.

— Тогда это один из проектов Арманда. Он тебя раздражает?

— Ни в коем случае. Мне это даже нравится. Смотри, как красиво. И потом, нам нужна вода. Взгляни на дождевые облака. Это же… это настоящий дождь. Я думаю, там появляются зачатки растительности. После того как появилось пламя, цвет окрестных скал начал меняться.

— Вполне возможно. Биоинженеры давно мечтают об этом. Сама не заметишь, как вместо голых скал у тебя за окнами появится лес.

Дункан шутил, и Элен это знала. Растительность на поверхности Титана существовала лишь в нескольких, очень ограниченных местах. Но эксперименты, подобные этому, были лишь началом, и кто знает…

Там, в горах, работал завод. Люди плавили кору Титана, добывая элементы, необходимые для промышленности их маленькой планеты. Кора наполовину состояла из кислорода, а поскольку хозяйство городов строилось на замкнутом цикле, кислород попросту сжигали.

— А знаешь, как точно это пламя символизирует различие между Титаном и Землей? — вдруг спросила бабушка.

— По-моему, жителям Земли не требуется плавить скалы, чтобы добыть нужные им элементы.

— Я имею в виду нечто куда более фундаментальное. Если терранцу нужен огонь, он поджигает поток углеводородов, и те горят в кислороде. Мы делаем прямо противоположное: поджигаем поток кислорода, сжигая его в здешней водородно-метановой атмосфере.

Эта экологическая азбучная истина была настолько банальна, что разочаровала Дункана. Он рассчитывал услышать настоящее откровение. Должно быть, разочарование отразилось и на его лице, но прежде чем он успел раскрыть рот, бабушка заговорила снова.

— Я не собираюсь повторять тебе известные вещи. Я совсем о другом. Возможно, тебе будет не так легко приспособиться к земной жизни, как кажется. Ты знаешь… или думаешь, что знаешь о Земле и ее условиях. Но твои знания не основаны на опыте. В неожиданной ситуации они тебе не помогут. Твои инстинкты сформированы жизнью на Титане и на Земле могут сослужить тебе плохую службу. Так что не торопись и всегда хорошенько обдумывай каждый свой шаг.