Читаем Фомка-разбойник полностью

Поднимается, встает волна-небоскреб и падает, дальше встает и дальше падает. Идет дни, идет недели, месяцы: от южных полярных вод через горячий пояс тропиков в ледяные широты севера. Тысячи, тысячи километров воды, нигде ни краю, ни конца – Великий океан.

И вдруг впереди торчит из пучины черная спина камня. Волна не замедляет и не прибавляет ходу. Тяжкой водяной грудью спокойно нацелилась в черную спину: смахнуть и двинуться дальше, дальше, дальше.

Пала, ударила в камень и разбилась. И бегут потоки, бегут струи, огибают неподвижную каменную спину.

Другая, новая волна бьет в черный камень и разбивается.

Волна за волной бьет в камень. Его без устали грызут бешеные буруны.

Камень стоит.

Проходят лета и зимы. Проходят столетия.

Проходят сотни тысяч лет.

А камень стоит.

Медленно-медленно выпирают его из глубины океана подземные силы. Иногда толчками. Тогда по камню пробегает судорога, он вздрагивает, как живой.

На нем целая страна – горы и долины. Зимой их заваливает снегом. Летом низкая тундра долин обрастает, как шерстью, травой. Трава выше леса: деревья тут чуть поднимаются над землей.

Летом в речки и озера из океана идет рыба. Она так густо набивается в реки, что вода выходит из берегов.

Миллиарды морских птиц покрывают прибрежные скалы.

Но главное в этой стране – звери.

Сухопутный зверек – голубой, остромордый, пушистый. С лису ростом. Он роет норы в сухой тундре, многотысячными стаями шатается по берегам.

Длинный, узкий, как обрывок громадной змеи, ныряет в волнах толстомордый зверек. Стадами играет в воде. Карабкается на скалы короткими перепончатыми лапками, к груди прижимает детеныша.

Летом выползают из воды бурые звери ростом с человека, с ушами, свернутыми трубочкой, с плоскими культяпочками вместо ног. Ковыляют по суше с трудом. Их миллионы. Они необозримыми стадами лежат на прибрежном песке и камнях, выводят гладких черных детенышей. Осенью с ними уходят в воду – исчезают до весны.

Иногда в воде замелькают вдруг косые черные плавники, черные спины зверей, похожих на громадных акул, и тогда все другие морские звери спешат выбраться на берег.

А в мелкой воде под берегами, в подводных лугах спокойно пасутся стада огромных неповоротливых животных беловатого цвета. Их безногие тучные детеныши лениво сосут под водой молоко матерей.

Днем и ночью, зимой и летом гремит океан. И на радость голубым сухопутным зверькам волны с разбегу вываливают на берег богатую поживу: трупы огромных морских чудовищ, груды рыб, всякую мелкую подводную живность и съедобные водоросли.

Давно уже кипит людская жизнь по берегам океана. Воды его по всем направлениям бороздят лодки и корабли. Мореплаватели составляют карту океана; каждой части его, каждому месту на нем, каждому животному в нем дают свои имена.

Но долго еще они не подозревают об одиноком зверином камне.

Он скрыт зимой снежными вьюгами, летом – дождями и туманами. Редко-редко выглянет солнце, осветит неподвижную черную спину среди сверкающей воды.

У камня нет имени.

Нет имени и у его зверей.

И звери живут хорошо.

В 1741 году судно командора Беринга заблудилось в Великом океане, потеряло в тумане другое судно и сослепу наткнулось на неизвестный остров.

Командор Витус Беринг – в России звали его попросту Иван Иваныч – вел экспедицию, задуманную еще Петром Первым. Задача была – выяснить, отделена ли проливом на севере Азия от Америки. Выполнить эту задачу командору Берингу не пришлось.

Страшная буря долго валяла корабль по волнам. Больные моряки совсем выбились из сил. Когда увидели черный камень впереди, решили, что погибли.

Волна-небоскреб подняла беспомощный корабль и швырнула его через подводные скалы в спокойную заводь. Люди перебрались на берег. Они были рады даже этой дикой земле.

А звери были удивлены. Они никогда не видали людей и не умели бояться их.

Ленивые беловатые животные, что паслись на подводных лугах, позволяли трогать себя руками.

Толстомордые звери, похожие на обрывки змей, подплывали к самому берегу, короткими перепончатыми лапками поднимали детенышей.

С командором Берингом был зоолог Стеллер. Он определил всех зверей острова, назвал их всех по имени.

Сухопутные пушистые зверьки, близкие родственники лисицы – голубые песцы. Перепончатолапые толстомордые зверьки, похожие на бобров, – морские выдры. Стадами выходившие на берег бурые звери с ушами трубочкой – родственники морских львов, морские коты. А огромные беловатые подводные животные, еще никогда не виданные людьми, оказались родственниками слонов. Они получили от Стеллера имя морских коров.

Тяжело пришлось мореплавателям в стране зверей. Корабль их скоро разбило о скалы. Пришлось зимовать на острове.

Убивали зверей. Питались мясом тучных морских коров, огромных китов, выброшенных на берег, морскими ужами, морской капустой – водорослью. Отбивались от голубых песцов; это была серьезная опасность: песцы нападали тысячами. Их пушистыми шкурками моряки крыли крыши ям, где жили. Болели и мерзли.

Умер командор Беринг. Умирали матросы.

К весне из семидесяти семи человек команды осталось сорок шесть.