Читаем Фобия полностью

– Она хороший пример этому, – согласилась Вика. – Мне кажется, все писатели такие, витают в облаках, думая о своем. Поэтому телефон я всегда кладу под подушку, это стало ритуалом, и я делаю это «на автомате» уже не первый месяц.

Как могло получиться, что в эту ночь перед сном она забыла телефон? Неужели перебор с вином так сказался на ее привычках?

Вика торопливо набрала код сигнализации, ругая себя за забывчивость. Она не помнила, чтобы Власов будил ее, но не мог же он просто бросить ее и уехать со своими оперативниками.

За этими мыслями Вика не заметила света в гостиной. Она прямиком направилась на кухню. Хотелось есть. Следом за ней брел Скотч. Он подозрительно остановился в коридоре, внимательно прислушиваясь к звукам в доме. Его внимание отвлек звук сыпавшихся в миску «подушечек». Голод пересилил осторожность, он забежал на кухню, задрав хвост, и принялся уплетать корм. Вика стояла у холодильника, полностью погрузившись в раздумья. С прошлого дня оставалось немного салата и куриный суп, сваренный ею накануне. Она поставила на плиту кастрюлю и уселась с остатками салата за стол. Дверь в общую столовую вновь была открыта на всю катушку, но Вика решила оставить ее, как есть. Сколько еще она будет закрывать за другими окна, двери и задергивать шторы? Она вспомнила о Геле. Та заболела и неделю точно не явится на работу, значит, за полицией придется прибирать ей самой.

Вика помыла посуду и выключила закипающий суп.

– Пахнет вкусно.

Она резко обернулась на дверь кухни, услышав в позвоночнике неприятный хруст. На пороге, чуть выставив перед собой руки, стоял Власов.

– Прошу прощения, напугать не хотел. Я в гостиной сидел, читал книгу. И, кажется, задремал.

Вика потерла шею.

– Я думала, все уехали, – она опустила глаза вниз, где все еще жевал свой обед Скотч. – А этот не испугался, надо же!

– Когда кушать хочется, страх отступает, даже у котов. – Он потянул носом.

Вика предложила ему составить ей компанию.

– Буду благодарен. Со вчерашнего дня ничего не ел толком.

– Семья вас не потеряет? Почему вы остались, не уехали с остальными?

– Семьи нет, с моей работой некогда ее заводить. Ночные дежурства, выезды.

Она кивнула.

– Хотел разбудить вас, чтобы закрыли дом, да пожалел, после таких переживаний вам надо было выспаться. И я решил немного подежурить, вне работы, так скажем.

Девушка поставила перед следователем вторую тарелку и нарезала хлеб.

– Зачем? Думаете, он решит вернуться?

– Не сомневаюсь.

Насытившийся кот покинул кухню, скрывшись в темном коридоре. Вика знала, что он снова будет спать на лестнице, дожидаясь, пока она пойдет в мансарду.

– Я специально оставил заднюю дверь открытой. Приманка, должна подействовать.

– А приманка – это я?

– В некотором роде. Не обижайтесь. Грабитель или кто он там есть, очень желает попасть сюда, добраться до вас. Я предоставлю ему такую возможность. И если он купится на забытую дверь снова, то этой ночью мы выясним, кто он и что хочет от вас. Вы все еще думаете, что это всего лишь грабитель?

– Почти уверена.

– Почти, – повторил он, – значит, сомнения все же есть. Вспомните, кто посылал вам угрозы в последнее время, до того как вы сменили адрес, оборвали старые контакты и ушли в свое писательское подполье?

Вика задумалась. Последним, несомненно, был Семибратов-старший. В тот раз ее телефон так же изъяли, а когда вернули, она сразу же поставила новую сим-карту и съехала из квартиры, которую снимала, пока работала учителем. На предложение матери и сестры, которые предлагали ее поселиться у них, Вика ответила отказом. Подвергать их опасности она не могла.

– Разве нельзя проверить мой номер старый, кто последним писал или звонил на него?

– Четыре года прошло, телефонные компании не хранят данные дольше тридцати дней, увы. Поэтому я рассчитывал на вашу память.

Вика усмехнулась. Она и сама не часто на нее полагалась, потому везде, где бы она не сидела с ноутбуком, лежали стопки бумажек, блокноты, ручки и карандаши.

– Моя психотерапевт считает, что я слишком рассеяна, как старушка в девяносто и запоминаю лишь то, что вызывает яркие эмоции, будь то радость или испуг. Какие-то моменты я помню четко, а какие-то выпадают вовсе или остаются в памяти смутными обрывками. Почему вы так уверены, что этот неизвестный непременно из моего прошлого? На вашем месте, я бы поискала, что могло привлечь в этот дом грабителя.

Власов вытер рот салфеткой и откинулся на спинку стула.

– Нет у меня вариантов. Но у нас много фактов, доказывающих, что грабитель не копается в ценностях хозяйки дома, а прямиком идет в сторону вашей спальни. Будь он грабителем, его не остановила бы дверь.

– И что это значит? Что ему нужно что-то, что находится в моей комнате? Но там ничего ценного, я уже проверяла. У меня даже книжного шкафа нет, где мог бы прятаться сейф или тайник. Голая комната с кроватью и креслом.

– Я послал запрос о местонахождении отца того парня, которого посадили…