Читаем Флотские будни полностью

Хрестшшн учился упорно, настойчиво. Шел в штурманский кабинет, брал чертежи, описания, подсаживался к макетам корабельных устройств и долго изучал их. Как-то Михаил подошел к столу, где были разложены детали магнитного компаса. Перебрал их одну за другой. Так увлекся моряк, что даже не слышал, как появился за его спиной мичман.

-— Готовы к завтрашнему зачету, Хрестинин?—_: спросил он.

— Так точно, готов! — вскочил с места молодой рулевой.

Мичман усадил моряка, сам присел на стул. Потрогал одну деталь, вторую. А потом как бы невзначай спросил:

— А какой толщины курсовая нить в магнитном компасе? Допустим, понадобится ее заменить.

Матрос пожал плечами. Он об этом не задумывался. Да и в учебнике об этом не сказано. Нс интересовался молодой рулевой и диаметром, толщиной зеркального стекла.

— Из-за незнания таких вот мелочей можно в большую беду попасть, — покачал головой мичман,,

С каждым днем убеждался. Хреетинин, что на корабле нет ни одного винтика, ни одной заклепки, ни одной детали в приборах, сделанных без строгого учета' той нагрузки, которую Им придётся выдерживать в бою. Все здесь рассчитано,, все продумано. И моряк понял: нужно вникнуть во все тонкости военно-морского дела. Ведь мало ли что может пригодиться в службе.

Стоит Михаил у стола экзаменационной комиссии. Преподаватель уже задал все необходимые вопросы, выслушал внимательно все ответы. Но он почему -то не торопится отпускать матроса, _: Когда Хреетинин укладывал на столе Детали компаса; офицер обратил внимание на его мозолистые ладони. «Хороший, трудовой парень,—-подумал моряк.— Такому послушен будет штурвал». Вышел из-за стола капитан 3 ранга и, крепко пожав руку будущему рулевому, пожелал ему счастливого плавания. Радость бурной волной прилила к сердцу Михаила, словно стоял он уже на, палубе корабля и видел, манящие вдаль голубые дороги.

Вахтенный офицер подводной лодки, не торопясь, вывел в журнале: «Прибыл на корабль для дальнейшего прохождения службы матрос Хреетинин». С этого момента началась для Михаила новая жизнь.. Он знал, конечно, что встретится здесь с трудностями. И готовился к ним серьезно, ждал с нетерпением первых походов.

Первое разочарование в себе пришло довольно скоро. Как только заступал Михаил на вахту к вертикальным рулям, лодка, словно почувствовав, что ведет ее новый, недостаточно опытный- человек, начинала рыскать из стороны в сторону, уклоняясь от заданного курса. Еще труднее оказалась вахта на горизонтальных рулях. Причиной всех бед был непослушный воздушный пузырек дифферентометра. Он пред-; ставлялся матросу упрямым существом, которое издевается над людьми. Рулевой хочет погнать его влево, все больше и больше перекладывает рули в нужную, сторону, а пузырек, как назло, ползет вправо, потом вдруг покатится назад, да с такой прытью, что не знаешь, как остановить его.

Смахнет Хреетинин испарину со лба, вздохнет тяжело—руки и ноги ноют, голова начинает кружиться-—и снова за дело. «Неужели осилит меня этот проклятый пузырек?»—думает он.

— Не надо нервничать, — раздается вдруг за спиной спокойный голос штурмана. Ведите себя свободнее, учитесь чувствовать корабль. Не давайте дифферентометру гипнотизировать себя.

На некоторое время капитан-лейтенант -брал из рук рулевого штурвал, выравнивал лодку.• В это мгновение воздушный пузырек, почувствовав, видимо, настоящего хозяина, надолго замирал. Очень обрадовался Михаил, когда и ему впервые удалось одержать победу — лодка пошла словно «по шнурочку».

Так приходило к Михаилу мастерство. А вместе с ним было завоевано и звание классного специалиста. И чем больше матрос узнавал, тем интереснее и увлекательнее казались еще не решенные вопросы. Как вести лодку при различной плотности воды? И что в данном случае зависит от рулевого? Много читал, много спрашивал, но ответы обязательно находил. А найдя ответы, спешил рассказать о них товарищ щам-рулевым. Те вначале не особенно охотно слушали друга. И без этого много занятий, тренировок. Но Хрестинин умел увлечь людей, пробудить в них любознательность. И вот через некоторое время, изучая устройство лодки, матросы уже все вместе залезали в трюм, ползали там, отыскивая нужные магистрали.

■— В группе рулевых Хрестинин — готовый командир отделения! — доложил командиру боевой части старшина команды. Офицер был такого же мнения. И Михаил стал вскоре старшиной. Прибавилось с того момента еще больше забот. Занятия, тренировки, разборы.

— Да вы из нас инженеров хотите сделать, — заметил как-то молодой матрос.

— Инженером, возможно, вы не будете, а стать хорошим рулевым обязаны!

Нарушил однажды инструкцию довольно опытный рулевой-сигнальщик. Во время вахты решил научить управлять рулем одного из своих товарищей. И, никого не предупредив, не получив разрешения 34 вахтенного офицера, передал штурвал своему другу. Корабль сразу же уклонился от заданного курса влево, потом резко покатился вправо.