Читаем Флетч & Co полностью

— В убийстве меня не обвинили. В массовом убийстве. Насколько мне известно, пока против меня не выдвинуто обвинение в этом чудовищном преступлении. Меня только допрашивали. Основательно. Полиция.

Следующего вопроса Флинн не услышал.

— Да, — ответил Бейрд Хастингс. — Мне сказали, что я — главный подозреваемый.

Не расслышал Флинн и третьего вопроса.

— Разумеется. Я это признаю. Когда я служил в армии, мне приходилось иметь дело со взрывчаткой. Более того, по военной специальности я — сапер-подрывник.

— И кто сказал вам, что вы — главный подозреваемый?

— Инспектор Флинн.

Флинн стоял позади толпы репортеров, поэтому большинство вопросов не долетали до него.

— Нет, сейчас ни динамита, ни других взрывчатых веществ у меня нет.

Опять Флинн не услышал вопроса.

— Да, это правда. Недавно я покупал динамит. И у меня была лицензия на его использование. Я хочу сказать, на покупку и использование. Я использовал его, чтобы взорвать скалы на моем участке.

— Ходят слухи, что часть динамита у вас осталась.

— Это не так. Я использовал весь динамит. Можете в любое время прийти ко мне. Сами увидите плоды моих трудов.

— Как мы можем увидеть скалы, которых уже нет?

— Мистер Хастингс, раз вы использовали для подрыва скал весь купленный вами динамит, значит, вы знали заранее, сколько его вам понадобится. Я хочу сказать, в обращении с динамитом вы не новичок.

— Конечно. Динамит — не то вещество, которое оставляют без присмотра.

— Таким образом, вы представляете себе, сколько нужно динамита, чтобы подорвать «Боинг-707?»

Хастингс пожал плечами:

— Не много.

— Немного динамита?

— Именно так. Чтобы взорвать самолет, много динамита не нужно.

Очередной вопрос унес ветер.

Хастингс потер кончик носа.

— Я очень любил этого человека. Дэрил Коновер был одним из величайших актеров нашего времени… и не только шекспировского театра. Может, самым великим. — Рука Хастингса что-то смахнула с его правого глаза. — Мне он был и очень близким другом.

— Это правда, что вы крепко повздорили в день премьеры?

— Разумеется, нет.

— Тогда почему он так внезапно улетел в Лондон?

— Что-то его расстроило. Очень расстроило. Что-то связанное с налогами. Английскими налогами.

— Поэтому он полетел домой? В Англию? Чтобы заплатить налоги?

Хастингс засек в толпе Флинна.

Быстро отвел глаза.

Помедлил с ответом.

— Коновер уехал не насовсем. Он не отказался играть в моем «Гамлете». Просто у него возникли серьезные личные проблемы. Что-то, связанное с налогами. Мы как раз изыскивали способ все уладить.

Флинн, прорезая толпу, поднимался по ступеням, держа курс на дверь. Уже подходя к ней, с поднятым воротником, надвинув шляпу на лоб, он услышал очередной ответ Хастингса: «Да. Я здесь, потому что меня ждут новые допросы. Я хочу сказать, полиция еще не все выяснила. Меня хочет видеть… инспектор Флинн».

* * *

В кабинете, жалея о том, что не перекусил в отеле, Флинн слушал рокочущий в телефонной трубке голос Джона Роя Придди — Б. Н. Зеро.

— Должен сообщить тебе ужасную новость, Френк.

— Неужели?

— Да. Я так не люблю говорить о грустном.

— Но разве вам нравится, чтобы эти грустные новости вытягивали из вас?

— Умер один из твоих друзей, Френк.

— И кто же?

— Ты уверен, что готов услышать печальную весть?

— Постараюсь выдержать удар.

— Ты сидишь, Френк?

— Подпрыгиваю от нетерпения. Меня могут упомянуть в завещании.

— Я получил две депеши из Эйнсли, столицы Республики Ифад.

— Нет! Только не это!

— К сожалению.

— Не может быть!

— В первой написано, зачитываю дословно: «Правительство Республики Ифад…»

— Это невозможно!

— «…с прискорбием сообщает о смерти министра иностранных дел Рашин-аль-Хатида, сорока шести лет».

— Бедняга. Он долго страдал?

— «Министр скончался скоропостижно, предположительно от сердечного приступа, поздно вечером, за рабочим столом».

— Он умер, служа родине.

— Мне продолжать? Там написано, что он занимал этот высокий пост только шесть недель…

— Шесть недель?

— Да.

— Он вознесся.

— Что?

— В данный момент он находится на четырнадцатом этаже бостонского отеля.

— Кто «он»?

— Рашин-аль-Хатид. А также Назим Салем Зияд. И Михсон Таха.

— Ты серьезно?

— Да. Только что ушел от них.

— И что они там делают?

— Сомневаюсь, что ждут четвертого, чтобы сыграть в бридж.

— В самолете их не было?

— Они зашли в салон и тут же вышли. Поэтому мы и думали, что они улетели. Они сдали посадочные талоны. Но авиакомпания поступила бестактно, попытавшись посадить его превосходительство на семнадцатый ряд.

— Какой кошмар!

— У всех случаются проколы. Даже у авиакомпаний.

— Значит, они покинули самолет? И никто этого не заметил?

— Получается, что нет.

— Тогда почему они молчат?

— Ожидают инструкций из столицы.

— Ага! Похоже, инструкции они получили! Это называется, выкручивайтесь, как знаете, Френк.

— Помнится, один раз такое случилось и со мной. Но не думаю, что мне надо напоминать вам об этом, сэр.

— И что ты собираешься с ними делать?

— В данный момент их охраняет доблестная бостонская полиция. Я поставил копа у двери их «люкса».

— Кто-нибудь об этом знает?

— Нет.

— Хорошо. Пусть так и будет. Ты хочешь узнать содержание второй депеши?

— Если она такая же забавная, как первая.