Читаем Флетч & Co полностью

– Это не гомосексуализм! Ты сидел в тюрьме. Только с мужчинами… – Не отрывая глаз от Джека, Вольф достал из кобуры револьвер. – Ты обвиняешь меня в гомосексуализме? Да я тебя сейчас пристрелю! Неужели ты думаешь, что я позволю тебе распускать такие слухи? Я скажу, что зашел в кабинет и увидел, как ты крадешь информацию из компьютера.

Джек взглянул на лежащие на столе дискеты. Сказанное Вольфом соответствовало действительности.

Вольф поднял револьвер. Прицелился в Джека.

– Ты затеял драку. Мне пришлось пристрелить тебя.

– Так стреляйте. – Голос Джек звучал буднично, устало.

Апатично махнув рукой, Джек присел на кушетку у стены. Взял гитару, провел пальцами по струнам.

– Сукин ты сын, – воскликнул Вольф, все еще держа Джека на мушке. – Ты думаешь, что сможешь очаровать меня?

Джек кивнул:

– Так точно.

Джек сыграл и спел командору Вольфу песню Кандел-Эбба «Завтра мир будет принадлежать мне» из мюзикла «Кабаре».

Слушая, командор опустил револьвер. Его глаза заблестели от слез.

– Черт бы тебя побрал! – пробормотал командор Вольф.

Выходя из кабинета, он обернулся:

– Если ты скажешь кому хоть слово, я тебя застрелю! Расшибу тебе коленные чашечки! Оторву яйца!

Джек играл на гитаре, пока командор не улегся в постель.

А затем вновь начал копировать файлы.

* * *

– Привет. – Перед самым рассветом в кабинет всунулся Трейси.

– Доброе утро, – ответил Джек.

Он скопировал все как из памяти компьютера, так и из тех баз данных, в которые смог попасть с помощью книги паролей Трейси. Пометив дискеты микроскопическими знаками ему только ведомого кода, Джек сложил их в бумажные футляры, футляры засунул в пластиковые обертки, дабы они выглядели как новые и неиспользованные.

Он уже собирался прилечь и немного вздремнуть.

– Что поделываешь? – спросил Трейси.

– Думаю, где взять кофе.

– Ты только что встал? – Трейси глянул на кушетку.

– Встал.

– Кофе я сварю. Черный?

– С сахаром.

Трейси ретировался на кухню, а Джек сдвинул покрывало на кушетке, создавая видимость того, что он на ней спал, и вставил в видеокамеру заряженный конденсатор. «Интересно, – подумал он, – отметит ли Трейси в хронике событий, а он вел ее постоянно, таская с собой доску с закрепленными на ней листками бумаги, что ранним утром он сварил две чашки кофе и в одну положил ложечку сахара».

Впрочем, Джек мог лишь благодарить Трейси за педантичность.

Компьютер Трейси содержал образцово. Любая информация выводилась на дисплей с минимумом хлопот.

Идеальные условия для воровства!

– Держи. – Трейси, в одним трусах, протянул Джеку кружку кофе. – Одна ложка сахара.

Потом Трейси сел на кушетку, привалился спиной к стене, подтянул колени к груди. Худощавый юноша с темными глазами, темными волосами.

– Трейси, а какая у тебя фамилия? – спросил Джек.

– Вольф.

– Так ты сын Карстона Вольфа?

– Да.

Хотя вращающийся стул перед компьютером изрядно надоел ему за ночь, Джек вновь сел на него и повернулся к Трейси:

– Вольф – это настоящая фамилия вашей семьи?

– Разумеется, нет. Отец законным способом поменял ее. По очевидным причинам.

– А какая фамилия была у вас раньше?

– Не твое дело, Фаони.

Джек поднес кружку к губам, отпил.

– Спасибо за кофе.

– Ты сидел в тюрьме? – спросил Трейси.

– Да.

– И как там идут дела?

– Ты спрашиваешь о делах нашего движения? Очень хорошо. За последние пять лет Крайгель организовал отделения Клана в каждой федеральной и во всех главных тюрьмах штатов. Почти половина белых, из тех, кто имеет шанс выйти на свободу, вступили в Клан. Разумеется, многие присоединились к нам лишь для того, чтобы остаться в живых в тюрьме.

Трейси выпятил подбородок.

– А кто это начал?

– Начал что?

– Разве не черные начали организовываться по расовым признакам?

– Да, – согласился Джек. – Для защиты.

– От кого им защищаться? Ведь большинство заключенных – черные.

– Нет, – покачал головой Джек.

– А я думал, что их больше.

– Это вопрос сложный. Но, так или иначе, Крайгель собрал немалые силы.

– Да, – улыбнулся Трейси. – Долго это не продлится.

– Есть планы?

– Конечно.

– Какие?

– Не мне рассказывать тебе о них. Крайгель все знает. Мой отец ввел его в курс дела. Сегодня будет проведено совещание. Мне неизвестно, будешь ли ты на нем присутствовать.

– Разумеется, буду.

– Вот там все и узнаешь. Как ты думаешь, Крайгель сознательно пошел на это преступление, чтобы попасть в тюрьму? Ты понимаешь, чтобы создать организацию заключенных?

– О боже!

– Такое возможно. Он удивительный человек.

– Это точно.

– Мой отец разработал действенную программу военной подготовки.

– Ты от нее в восторге?

– Да. Я стал экспертом по ружьям и полуавтоматическому оружию. Аттестован как снайпер. Умею обращаться с ручными гранатами. Сейчас изучаю минометы. Мы упорно готовимся.

– Это заметно.

– Но особенно меня интересует диверсии. Наши диверсионные отряды набирают мощь. Отец говорит, что диверсии – наш шанс.

– А чем занимался твой отец до того, как стал командором Вольфом?

– Продавал страховые полисы.

– Служил в армии?

– В снабженческих частях.

– Понятно.

– Он блестящий коммивояжер. Может продать снег эскимосам. Ты слышал его вчерашнюю речь?

– Да. А где твоя мать?