– Президент Ассоциации американских журналистов. Конгресс. Прочитал об этом в газете. «Майами герольд».

– С чего вы взяли, что он примет вас радушнее, чем в прошлый раз?

– Он стал старше. Возможно, помягчел. Я не терял надежды.

– Почему вы не сняли номер в отеле? – спросил Джиллис. – Почему прячетесь в лесу?

– Вы смеетесь? Сами-то сразу узнали меня. Я намеревался держаться подальше от отеля. Пока не найду способ пробиться к нему.

– Вы пытались связаться с ним на Плантации Хендрикса? – полюбопытствовал Флетч.

– В понедельник вечером, по радио, я услышал о его смерти. Собственно, из этого сообщения я узнал, что он действительно приехал. Попытался что-нибудь выяснить. Но безрезультатно.

– С этим все ясно, – кивнул Джиллис. – Но почему вы до сих пор здесь?

Молинаро бросил на журналиста полный ненависти взгляд.

– Завтра церковная панихида, вот почему. Джиллис вскочил в седло. А Флетч, похоже, еще не утолил свой интерес.

– Джо, кто ваша мать?

В ответ он получил лишь еще один ненавидящий взгляд.

Вскочил в седло и Флетч.

– Джо, ваш отец полагал себя моралистом. Выдумывал собственные законы, которых и придерживался, не взирая на беду, что они несли остальным. И, подозреваю, вы вполне смогли бы обойтись без того, что хотели получить от вашего отца.

– Это ваше надгробное слово? – с горечью спросил Джозеф Молинаро.

– Полагаю, что да, – кивнул Флетч.

Глава 30

Большая столовая.

Лишь один человек сидел в шезлонге у бассейна – высокий, тощий мужчина, в шортах до колен, рубашке с открытым воротом в вертикальную полоску и начищенных черных туфлях.

У шезлонга стоял черный «дипломат».

Флетч направился к отелю, потный, без тенниски. Пока он вставлял ключ в замочную скважину сдвижной двери, мужчина успел подняться и подойти к нему.

– Доброе утро, – поздоровался Флетч.

– Де-эн-эс, – ответил мужчина. Флетч сдвинул дверь.

– И что это должно означать?

– Департамент налогов и сборов. Флетч вошел в прохладный номер, оставив дверь открытой.

– То есть вы в некотором роде связаны с налогами?

– В некотором роде, – подтвердил мужчина. Он сел на стул, держа «дипломат» на коленях. Флетч бросил тенниску на кровать, ключ положил на комод.

Мужчина открыл «дипломат».

– Вы даже не спросили, кто я такой? – удивился Флетч.

– В этом нет нужды, – заверил его мужчина. – Из вашингтонской газеты мы узнали, что вы здесь. Меня послали в Хендрикс. Портье сказал мне, что вас поселили в номер 79. Дверь вы открыли ключом.

– Но вы не назвались и сами. Мужчина покачал головой.

– Де-эн-эс, – и повторил. – Де-эн-эс.

– И как мне к вам обращаться? Мистер Де? Де-эн? Де-эн-эс?

– Можете не обращаться. Просто отвечайте на вопросы.

– Вас понял, мистер Де.

Флетч снял трубку и позвонил в номер 102.

– Хотите вызвать адвоката? – предположил мужчина.

– Кристал, мне кое-что нужно,

– Ты позавтракал?

– Я забыл.

– Забыл, завтракал ты или нет?

– Я говорю не о завтраке.

– А почему бы не поговорить о завтраке? Я взяла себе пирожки и сосиски. Кленовый сироп. Я знала, что мне не следует есть оладьи с черникой, но не смогла устоять. Слишком много времени прошло с ужина.

– Я понимаю. И ты, должно быть, съела не только свою порцию, но и мою?

– Флетч, ты меня простишь?

– Посмотрим на твое поведение.

– Хорошо. Не хочешь повторить вчерашнее?

– Мне пришлось поломать голову, чтобы найти объяснение сломанной перекладине, на которой висела занавеска.

– И что ты сказал?

– Сказал, что решил подтянуться на ней.

– Тебе поверили?

– Нет. Но надо же когда-то начинать врать.

– Тебя ругали?

– Отнюдь. Но пообещали, что внесут стоимость перекладины в счет. Слушай, мне кое-что нужно. И у меня гости.

– Фредди Эрбатнот? Из-за нее ты забыл про завтрак?

Флетч посмотрел на Де-эн-эса. Тот внимательно прислушивался к телефонному разговору.

– К сожалению, нет.

– Флетч, дорогой, любовь моя. Проси, о чем хочешь. Для тебя я готова на все.

– Мне нужен двухкассетник. Хочу переписать одну пленку.

– У меня диктофон только на одну кассету. Но я знаю, что двухкассетник есть у Боба Макконнелла.

– Боба?

– Ты хочешь, чтобы я позвонила ему?

– Нет, благодарю. Позвонить я могу и сам.

– Мне кажется, он горит желанием помочь тебе, если ему представится такая возможность.

– Он причинил мне немало неприятностей, упомянув в статье мою фамилию.

Де-эн-эс нетерпеливо постукивал ручкой по ногтю большого пальца.

– Что-нибудь еще, дорогой?

– Я закончил книгу о путешествиях. Хочу послать ее издателю. У тебя есть большой конверт или коробка или пакет?

– В вестибюле отеля есть почтовое отделение.

– И что?

– Там продаются большие конверты.

– Это хорошо.

– И картонные ящики, если твоя книга не влезет в конверт.

– Действительно, как же я забыл.

– Там на двери надпись: «Почтовая служба Соединенных Штатов».

– Спасибо тебе, Кристал.

– Если ты заблудишься в вестибюле, спроси дорогу у любого.

– Кристал? Я хочу сказать тебе кое-что неприятное.

– Что же?

– Столовая еще открыта для тех, кто хочет позавтракать.

– Поганец.