Разделся и вошел в ванную. Отодвинул занавеску в сторону.

– На двоих места хватит? Только не наступи мне на ногу.

Вода, ударяясь о тело Кристал, летела во все стороны.

– Ты захватил с собой сэндвич? Что-нибудь из съестного?

– Юная леди, я намерен научить вас более не говорить про себя гадости?

– Так жратвы нет?

– Я этого не сказал.

– О, не нравится мне пища с высоким содержанием белка.

– Возможно. Повторяй за мной. Я более никогда не буду оскорблять себя.

– Я более никогда не... ой!

Вываливаясь из ванны, они потянули за собой не только занавеску, но и пластмассовый стержень, на котором она висела. На полу они попытались выпутаться из занавески, один край которой оказался под ними.

– Черт побери, – прорычал Флетч, – ты сидишь на моей ноге. Моей левой ноге!

– Я ничего не чувствую.

– Зато я чувствую! Немедленно слезь с нее!

– Не могу. Занавеска...

– Отпусти мою ногу! О Боже, ты, похоже, сломала ее.

– Что значит, сломала? В таких ситуациях мужчины должны брать инициативу на себя?

– Как я могу что-то взять, если ты придавила меня к полу?

– Ежели ты придавлен к полу, толку от тебя не будет.

– Слезешь ты с моей ноги или нет?

– Сначала сними с меня эту чертову занавеску.

– Как мне это сделать? Я не могу шевельнуться.

Тут пластиковую занавеску дернули и убрали. Над ними стояла Фредерика Эрбатнот, в юбке-брюках и легкой блузке.

– О, привет, Фредди, – поздоровался с ней Флетч.

– Рада, что наконец-то увидела вас, Флетч.

– Благодарю, – Кристал скатилась с него.

– Вы, однако, шумный сосед, – Фредди бросила занавеску на пол и удалилась.

Флетч сидел, ощупывая левую ногу.

– Я ее сломала? – склонилась над ним Кристал.

– К счастью, нет.

– Ты ее возбуждаешь.

– Кого?

– Фредди.

– Хорошо ли это? – этот риторический вопрос ответа не требовал.

Глава 23

Гостиная Аманды Хендрикс.

– Хорошо помылись в душе? – спросила Фредди.

– Спасибо, что спасли нас. И главное, вовремя.

– Всегда готова. Знаете, Флетч, вам следовало бы постоянно носить на шее свисток. Аккурат для подобных ситуаций.

В гостиной Аманды Хендрикс Флетч стоял с бокалом виски «Чивас Регал» с содовой. Фредди отдала предпочтение мартини.

С того момента, как он переступил порог, Леона Хэтч не отрывала от него глаз.

– Скажите, вы всегда поете, когда занимаетесь этим делом?

– Разве я пел?

– Что-то неподобающее моменту. Мне показалось «Все ближе мы к тебе. Бог мой!»

– Нет, нет. Для Кристал я пел: «Все ближе я к тебе, Бог мой!»

– Как же повезло этой девчушке.

Леона Хэтч, которую уже заметно покачивало, подошла к ним.

– Кажется, мы знакомы? – обратилась она к Флетчу.

И сегодня она не дотянет до обеда, подумал Флетч.

– Моя фамилия Флетчер, – он протянул руку. – Ай-эм Флетчер.

Леона нерешительно пожала его руку.

– Фамилию вашу я слышу впервые. Но мы наверняка встречались, только не помню где.

– Я никогда не работал в Вашингтоне.

– Может, в какой-нибудь из предвыборных кампаний?

– Не участвовал ни в одной.

– Странно. А у меня такое чувство, будто я хорошо вас знаю.

– Возможно, и так, – пробормотал Флетч. – Очень возможно.

За спиной Леоны выросли Дон Джиббс и еще один, незнакомый ему мужчина.

Лицо Джиббса раскраснелось от выпитого.

– Флетчер, старина!

Чуть не оттолкнув Леону в сторону, во всяком случае, задев шляпку, Джиббс, с бокалом в руке, неуклюже попытался обнять Флетча за плечи.

– Ха-ха, – прокомментировал появление Джиббса Флетч. – Ха-ха-ха.

После чего начал внимательно разглядывать свой бокал.

Затянувшееся молчание прервал улыбающийся до ушей Джиббс.

– Флетч, а не представить ли тебе нас? Флетч пожал плечами, не поднимая глаз.

– Я полагал, что вы и так знаете друг друга. И, искоса глянув на Фредерику Эрбатнот, заметил, как блеснули ее глаза.

Леона все это время поправляла шляпку.

– Но я знать не знаю, кто они такие, – недовольно проворчала она. – Кто вы, черт побери?

– О, мисс Хэтч, извините, – оживился Флетч. – Это Дональд Джиббс. А это – Роберт Энглехардт. Они работают в Центральном разведывательном управлении. Мисс Леона Хэтч.

Улыбка сползла с лица Джиббса, шеи, и ускользнула куда-то под воротник рубашки.

Энглехардт, крупный, лысый мужчина в плохо сшитом коричневом костюме, побледнел, как полотно.

– У вас в голове одно ЦРУ, – пробормотала Фредерика Эрбатнот.

Флетч вновь пожал плечами.

– И, откровенно говоря, мисс Хэтч, я понятия не имею, кто эта юная леди.

Энглехардт выступил вперед и схватил руку Леоны.

– Рад познакомиться с вами, мисс Хэтч. Мистер Джиббс и я приехали на ваш конгресс наблюдателями. Мы – представители канадской прессы. Хотим провести в следующем году аналогичный конгресс. В Онтарио...

– У вас не канадское произношение, – осадила его Леона Хэтч.

– Пип, – вырвалось у Джиббса. – Пип, пип, пип.

– Поп-пап, – откликнулся Флетч.

– Понимаете, что я имею в виду? – продолжила Леона. – С каких это пор канадцы говорят «пип»?

Энглехардт, лысина его покрылась пленочкой пота, он бросил на Флетча убийственный взгляд.

– И слово «наблюдатели» вы произнесли неправильно. – Леона дернула рукой. – Мистер, мне больно.

– О, извините.