Принял бы Филипп Красивый, придерживающийся строго христианской морали в сексуальной сфере, по приказу которого тамплиеры вскоре будут сожжены за содомию, зятя-гомосексуалиста? Королевские браки не имеют ничего общего с чувствами или моралью, но с политической точки зрения они действительны только в том случае, если можно ожидать появления на свет потомков. У Изабеллы будет четверо детей, и, по всей вероятности, отцом будет Эдуард. Его бисексуальность вполне вероятна, и, несомненно, король Франции отказывается прислушиваться к злонамеренным слухам, хотя поведение его зятя многие считали скандальным: хронист Сент-Альбана сообщает, что по возвращении со свадьбы, которая состоялась в Булони, когда молодая пара высадилась в Англии, Эдуард на глазах у жены бросился в объятия Гавестона, "даря ему многократные поцелуи и объятия, знаки обожания необыкновенной фамильярности". А через несколько дней, во время коронационного пира, именно хронист церкви Святого Павла отметил скандал, вызванный поведением Гавестона и короля, который предпочел постель своего фаворита постели своей жены. Все эти сообщения заставляют серьезно задуматься.

В июле 1307 года, при восшествии на престол Эдуарда II, дело обстояло иначе. Брак, давно согласованный, все еще не был заключен. Эдуард, который получил графство Понтье после смерти матери в 1290 году, Уэльс и графство Честер в 1301 году, также был герцогом Аквитании с 1306 года; по поводу этого герцогства оставались разногласия, которые и задержали заключение брака. В частности, вопрос о Молеоне, который французы до сих пор не вернули. В феврале 1307 года на заседании парламента, созванного Эдуардом I в Карлайле, в центре дебатов была совместная проблема брака и ситуации в Аквитании. 12 марта папский легат Педро Испанский прибыл в Карлайл с соглашением, достигнутым между Филиппом IV и Климентом V: Эдуард согласится на брак, а затем король Франции вернет всю Аквитанию. Король Англии хотел обратного: сначала Аквитания, потом брак. Поэтому обсуждение пришлось возобновить. 22 марта Эдуард решил лично отправить своего сына в сопровождении нескольких епископов и дворян на встречу с Филиппом и окончательно заключить мир, "недавно обговоренный в определенной форме, но еще не заключенный […], к счастливому и благополучному концу", говорится в его письмах. К поездке делегации в Понтье велись серьезные приготовления, но в начале мая все было отменено. В это время Филипп находился с Папой в Пуатье. Молеон оставался камнем преткновения, и переговоры зашли в тупик, когда 7 июля Эдуард I умер.

К аресту тамплиеров 

В то время в приоритете у Филиппа Красивого были в другие дела. 24 июня Великий магистр тамплиеров Жак де Моле прибыл в Париж, чтобы провести общее собрание ордена. Там он встретился с королем и оспорил обвинения, выдвинутые против братьев своего ордена. О личных отношениях между этими двумя людьми известно немного. Некоторые считают, что Филипп был против избрания Моле Великим магистром в 1291 году, и что он предпочел Гуго де Пейро. С тех пор между ними сохранялась приглушенная враждебность. Моле, который был родом из Франш-Конте, и поэтому не был подданным короля, как говорят, не учитывал интересы Франции при своих назначениях, отдавая предпочтение бургундцам и каталонцам: с 1292 года только один из великих офицеров ордена был выходцем из Северной Франции. Однако вопрос, стоящий на кону, выходил далеко за рамки вопроса личности магистра. Конфликты между государями и тамплиерами существовали всегда, в том числе и по финансовым вопросам. Например, в 1263 году король Англии конфисковал деньги ордена тамплиеров в Лондоне; в 1287 году король Арагона угрожал конфисковать земли у тамплиеров, считая, что они не принимают активного участия в обороне королевства. К 1307 году польза от тамплиеров перестала быть очевидной. Пока тевтонские рыцари сражались в Пруссии, а госпитальеры на Родосе, тамплиерам, казалось, больше не было места в борьбе с неверными. Сам Папа Римский лишь слабо защищал их.