– На самом деле я полагаю, он действовал прямолинейно. «Да» – в том смысле, что Дабни хотел отомстить шпионке, которой продал секреты, и он не мог жить с грузом предательства на совести. Он не мог вернуть секреты, но мог помешать Беркшир продолжать и дальше заниматься шпионажем.

– Ну хорошо, это что касается «да», – вмешался Богарт. – А что насчет «нет»?

– «Нет» – это то, как Дабни все сделал. Он каким-то образом заманил Беркшир к зданию ФБР и застрелил ее прямо у дверей.

– Зачем он так поступил?

– Дабни хотел сделать кому-то предостережение. Четкое предостережение: с него достаточно. Он больше не будет этим заниматься, так что его лучше оставить в покое.

Богарт сел прямо.

– Подожди; ты хочешь сказать, что его собирались и дальше заставлять заниматься шпионажем?

– Разумеется. После того как Дабни продал секреты один раз, он оказался на крючке. Если б он отказался сотрудничать, эти люди раскрыли бы обличающую информацию, которая его погубила бы. К этому времени Беркшир уже и след простыл бы, так что она не пострадала бы. А вот Дабни пострадал бы. Как и его семья.

Богарт кивнул.

– Поэтому он решил взять быка за рога и исключить эту возможность. Беркшир умирает, и он тоже умирает. И тут, вероятно, помогло то, что Дабни знал о своей близкой смерти?

– Да. Сейчас мне хотелось бы узнать ответ на два вопроса.

– На какие? – спросил Богарт.

– Что Дабни пытался донести до своей дочери рассказом про «Скорую помощь» и почему он просто не изложил ей все прямо?

– Ну, а второй вопрос?

– Кто был этот клоун, черт побери?

Глава 62

– Выглядишь ты несчастным, – заметила Джеймисон.

Сидя за рулем своей машины, она взглянула на Декера, втиснувшегося на соседнее сиденье.

– Я не несчастный, просто мне жутко неудобно. Алекс, я непременно помогу тебе купить новую машину. Я этого больше не вынесу. Кажется, у меня затекли ноги.

– Помнишь, ты раньше снимал переднее сиденье и просто садился сзади?

– Не слишком практичное решение, поскольку для этого требуется четыре инструмента и час работы.

– Какую машину ты выбрал бы? – оживленно спросила Джеймисон.

– Мне все равно, лишь бы она была по крайней мере вдвое больше этой, с достаточным пространством для ног.

Дождь возобновился, затрудняя дорожное движение и делая мрачные мысли еще более мрачными. Декер закрыл глаза.

– Значит, ты говорил, что Мелвин встретился с Джоуи Скоттом?

Открыв глаза, Амос кивнул.

– Когда я сказал мальчишке, что Мелвин едва не получил Кубок Хайсмана и непременно бы был введен в Зал славы, кажется, он чуть не лопнул от восторга.

– Не сомневаюсь. Отчего еще ужаснее, что Беркшир вот так его использовала. Я хочу сказать, это было бы бесчеловечно применительно к любому неизлечимо больному пациенту, но Джоуи – единственный ребенок во всем хосписе. А она сидела рядом и читала ему, чтобы использовать книгу для передачи украденных секретов…

Ответ Декера на эти слова оказался совершенно неожиданным:

– Алекс, разворачивайся! Мы возвращаемся в Вирджинию.

– В Вирджинию? Куда именно?

– В хоспис.

* * *

Салли Палмер все еще находилась у себя в кабинете. Она объяснила, что после исчезновения Элвина Дженкинса ей приходится задерживаться на работе допоздна, и так продлится до тех пор, пока ему не найдут замену.

– Не могу понять, почему он ни с того ни с сего сбежал. И полиция ничего не говорит, – недовольно проворчала Палмер. – Полагаю, и вы тоже ничего не скажете, – добавила она.

– Вы правильно полагаете, – сказал Декер. – Элвин Дженкинс – когда он начал у вас работать?

– Элвин… мм… всего месяца два назад.

– А с какого времени у вас работала волонтером Анна Беркшир?

Палмер задумалась.

– Вообще-то тоже месяца два назад.

– А когда у вас в хосписе появился Джоуи Скотт?

Для ответа на этот вопрос Палмер пришлось свериться с компьютером.

– Странно…

– Что странно? – резко спросил Декер.

– И Джоуи поступил сюда девять недель назад. То есть все трое появились примерно в одно и то же время. Какое совпадение!

– Я не думаю, что это совпадение, – сказал Амос.

Палмер удивленно посмотрела на него, но Декер, не обращая на нее внимания, продолжал:

– При первой встрече вы упомянули о том, что Джоуи должны были взять в приемную семью, однако, узнав о том, что он болен, пара отказалась.

– Совершенно верно. Отвратительная история.

– Откуда у вас эти сведения?

– То есть?

– Кто вам это сказал?

– А… Женщина из опеки, которая устраивала Джоуи к нам. Это она мне все рассказала. Она расстроилась не меньше моего.

– Значит, Джоуи должны были взять в приемную семью, но, когда приемные родители узнали о том, что мальчик неизлечимо болен, они отказались его усыновлять.

– Совершенно верно.

– У вас есть история болезни Джоуи?

– Да.

– Я понимаю, что вы не имеете права раскрывать нам фактические подробности его заболевания. Но вы можете сказать, когда ему был поставлен диагноз «лейкемия»?

Похоже, эта просьба смутила Палмер, но тем не менее она все же заглянула в компьютер. И снова у нее на лице появилось изумление.

– Ничего не понимаю! Это же какая-то бессмыслица! Ума не приложу, как это я раньше не догадалась…

– О чем? – спросила Джеймисон.

Ей ответил Декер: