Читаем Фигура Речи полностью

Он хмыкнул, с желанием погладить пальцами метку на ее шее, которое невозможно было игнорировать. Он погладил метку, она вздрогнула, когда ее смех застыл и она содрогнулась под ним. Запах возбуждения вновь наполнил воздух.

— Хлоя?

— Хм? — Она наклонилась в его прикосновение, в то время как он продолжал ласкать метку.

— Тебе нравится? — Его голос понизился, став хриплым, как и его собственное возбуждение выросло практически до его.

Она склонила голову набок, оголяя больше ее шею, ее глаза закрылись. В выражение ее лица была тоска, которая умоляла его больше прикоснуться к ней.

Джим целовал Метку, скользя по ней зубами. Стон, который он получил взамен, подстегнул его легонько куснуть, стремясь выявить больше этих красивых стонов.

Она потянулась вверх и сжала его затылок, удерживая на месте, пока он покусывал. Только когда он почуял медь ее крови, он понял, что его клыки вышли.

Хлоя взбрыкнула под ним, отреагировав на его укус, кончая от этого. Его Волк хмыкнул в удовлетворение, когда она взорвалась в своем удовольствии.

Его член бился в такт пульсации Метке на его шее, его сердце билось чаще. Ему необходимо быть внутри нее, только ней, чувствовать ее захват вокруг него, когда она кончит снова и снова.

Джим скользнул вниз по ее телу, задержавшись достаточно надолго, чтобы отдать дань уважения ее груди. Он лизал и сосал каждую из них, пока ее тихие стоны не стали требовательными криками, ее кулаки сжимали до боли его волосы. Ее голос пропал, были только звуки, вырывающиеся из ее горла гортанные и едва ли человеческие.

Она была потеряна в удовольствии, которое он доставлял ей, и он не мог быть более счастлив этим.

Он целовал путь вниз по ее плоскому животу, убедившись, что поцеловал каждый из ее шрамов. Когда он закончит, она будет знать, что он хотел каждую ее часть, недостатки и все прочее.

Он начал дразнить ее, открывая ее пальцами, нежно уговаривая ее согласиться на его прикосновение. Она казалась пораженной сначала, ее глаза, стали большими, но когда он облизал ее клитор и высосал его в рот, глаза ее плотно зажмурились. Она начала двигаться напротив него, едва дрогнув, когда он скользнул своим пальцем внутрь ее.

Боже, она была тугой. Он был прав, у нее либо было очень мало опыта, либо его не было вообще. И как бы тупо это ни было, но от мысли, что он может быть ее первым, ему хотелось бить себя кулаком в грудь, как Тарзан.

Он пальцем трахал ее, наблюдая за ее реакцией, он замер, когда он почувствовал, что она может взять второй палец. Он хотел ее растянутой, мокрой и готовы для него, потому что последнее, что должно быть в постели с ним, боль. Когда она, казалось, была готова, он добавил второй палец и жестко всосал ее клитор, чтобы отвлечь ее от любого дискомфорта, который она может почувствовать.

Если ее лицо о чем-то и говорило то только то, что она была более чем готова к тому, что он делал. Все-таки, ему нужно было убедиться. — Хочешь еще?

— M m m m… — Ее глаза открылись, часть страсти стала исчезать, поскольку она не могла сказать слово.

— Хочу тебя, маленькая лисичка. — Он поставил мягкий поцелуй на рыжих завитках между ее бедер, затем осторожно ввел третий палец внутрь ее.

Она вздрогнула в первый раз, и он замер, позволяя ей привыкнуть к ширине его трех пальцев. Когда она расслабилась, он снова начал осыпать ее кожу поцелуями, успокаивая ее, еще раз нежно взяв ее клитор в рот и пососав.

Не прошло и много времени, как она взбрыкнула напротив него, беря его до третьего сустава.

Она была готова.

Джим сел и молился, что бы презерватив, который было у него в бумажнике все еще был хорош. Как бы он не хотел сделать детей с Хлоей, они должны были подождать. Он пошарил в его штанах, доставая свой кошелек из кармана.

— А?

— Презерватив.

Она усмехнулась и снова легла, наблюдая за ним с очаровательным заполненным удовольствием взглядом, от которого у него дважды падал презерватив, от его сильного желание увидеть это еще раз. Он разорвал пакет открыть и раскатал презерватив. Ощущение его собственной руки на его длине заставило его стиснуть зубы и молиться, как бы он не кончил раньше положенного. Если он кончит до того, как он даже натянет презерватив на член, придется переехать в Сибирь и изменить свое имя на Иван Жерков.

Это выражение на ее лице не помогло. Он мог кончить только от похоти, которую она показывала ему.

Он сделал глубокий вдох, пытаясь унять дрожь, проносящуюся через него. Это был он. Остальная часть его жизни начиналось с этого единственного момента, когда она примет его в свое тело.

Прежде чем он смог взять себя под контроль, она потянула его к себе и кивнула. Ее пристальный взгляд был прикован к нему, подгоняя его.

Он не должен был спрашивать. Она уже сказала ему без слов, что была готова к нему.

Джим медленно входил в ее тело, слабое напряжение и ее расслабленное выражения, давали ему понять, когда тормозить и когда все было в порядке, чтобы двигаться снова. Так медленно, что он думал, что его член может умереть от кровяного голодания, он выковал свой путь внутрь ее, ни разу не нарушая контакта между их взглядами.