Читаем Ферзи полностью

От упоминания о покусании желудок Танки мимо воли дал о себе знать громким урчанием. Скудного и невразумительного перекуса, которым их удостоили по факту счастливого спасения, надолго не хватило. Не привыкший к голоданию организм ещё не до конца отошедший от стресса прошлой экстремальной недели довольствоваться жалкими подачками не собирался, неприкрыто намекая на возможность обморока. Продолжившие свою негласную войну женщины, что в данном походе заведовали продовольствием, оказались на диво единодушны и дружны, единым фронтом отлучив от стола неугодных «нахлебниц», не соизволивших своевременно остановить дерево.

«Не остановить, а перенаправить» — мстительно и очень едко подумала духовник, глядя как ненавистная ей бабёнка, переставшая страдать от чрезвычайно опасной раны, ловко нарезает копчёный окорок. Прихваченный на продажу деликатес, что с новыми чародейскими технологиями мог храниться свежим и по году, отменно пах и выглядел настолько аппетитно, что у многих не хватало терпения дождаться густой гречневой каши со шкварками и мягким сыром, которая радостно булькала в большом походном котле. Радостные розовощёкие и непривычно игривые женщины смело задирали мужчин, заливисто хохотали, чаруя над сытным ужином, не стыдясь демонстрировать своё отношение к пришлым. Не многие из мужчин рисковали бросать на их произвол недовольные, полные укоризны взгляды, ворча что-нибудь примирительно-успокаивающее. Дальше ворчания их благие порывы не заходили. Подневольный люд не слишком желал ради малознакомых девиц, что не спешили флиртовать да зазывно оголяться, демонстрировать своё недовольство хозяевам. Ведь при такой опале, того и гляди самого без ужина оставят сварливые бабы. Более степенные торговцы, чьим заботам изначально и были вверены караванные агрессоры, к угнетаемым меньшинствам относились мягче, но очень благоразумно не пытались вносить разлад в семью.

С тяжёлым вздохом Яританна выудила из внутреннего кармана тощий кошелёк и с неповторимым выражением отчаянья и скорби в который раз пересчитала их скудный бюджет. Пересчёт двух мелких монет надолго не затянулся, но был обыгран со всем возможным трагизмом. Девушка серьёзно полагала, что при более значительных средствах вернуть благосклонность женской половины или заручиться поддержкой мужской было бы значительно проще.

Заметив откровенно голодный и немного пугающий своим отчаяньем взгляд подруги, устремлённый на колбасу в руках одной из женщин, Алеандр не на шутку забеспокоилась. Тут же свернув свой рассказ банальным: «Ну вот так и ушёл он», травница с преувеличенной радостью подскочила к кровожадно настроенной Танке.

— А ты знаешь, какое я тут место видела? — очень интригующим тоном поинтересовалась девушка, заговорчески ухмыльнувшись.

Расценив её улыбку по-своему, Чаронит тут же подобралась и охотно отправилась вглубь леса. Перед этим она, конечно, лишний раз проверила крепость завязок на рюкзаке и одним своим убийственным взглядом разъяснила окружающим, что с ними будет в случае недостачи. Более уверенная в людях Эл только посмеялась над её страхами.

Небольшой округлый и какой-то академически выверенный светляк, что после нескольких попыток всё же вышел из-под пальцев юной травницы, оказался вопреки стихийной ориентации белым с яркими серебристыми прожилками. Обе подмастерья заворожено следили за движением цветных полос, прикидывая, как такое вообще возможно. На самом деле обе прилично опасались, что после убойной дозы «звёздной пыли» травмированный организм может оказаться вообще неспособным на полноценное взаимодействие с резервом, как это случалось у заядлых наркоманов, но пока им везло. Несмотря на свою необычность, света модифицированный шар давал достаточно и вполне мог сойти за семестровую работу какого-нибудь добросовестного четвероклашки. Следуя за ним, девушки спотыкались значительно меньше, но это не особо радовало ни обутую в практически негнущиеся лапти Чаронит, ни щеголяющую тонкими светлыми туфельками Валент. С ворчанием и разнокалиберными проклятиями в адрес родной природы они всё-таки добрались до поляны.

Хотя поляной, как таковой, небольшую проплешину между замшелых стволов, что росли на небольшом отдалении друг от друга, признать было затруднительно. Мягкий мох, припорошённый иглицей и мелким крошевом коры, местами расступался настоящими пригорками крупного отборного ягодника. Из-под тяжёлых листьев робко выглядывали знатные успевшие слегка подрумяниться ягоды земляники, да, кокетливо поблёскивая налитыми бочками, раскачивались на своих нитях-стебельках аккуратные чернички. Долгая жара, державшаяся до этого, щедро насытила их ароматом и сладостью, не лучшим образом, увы, сказавшись на размерах. Переливались в мягком чародейском свете, они словно трюфели из сказки спешили выглянуть навстречу чародейству, разве что не напевали песенок про подземного короля и день вольных прогулок.

— И ты мне это хотела показать? — не смогла скрыть разочарования в голосе Танка, не поддавшаяся прелести сумеречной поляны.