Читаем Ферма полностью

– Мне также важно знать, что я кому-то помогаю, – быстро добавляет Рейган, словно обеспокоенная тем, что ее могут заподозрить в излишней расчетливости. – Я хочу сказать, что это самое ценное.

В «Золотые дубы» Рейган была направлена клиникой, бравшей у девушки яйцеклетки, когда та училась в колледже. Вероятно, и тогда она убедила себя, что действует из альтруизма и деньги являются чем-то второстепенным в ее решении пожертвовать кому-то свои яйцеклетки. Мэй никогда не понимала, почему люди – особенно привилегированные, такие как Рейган и Кэти, – считают, будто в желании заработать есть что-то постыдное. Ни одна иммигрантка никогда не станет извиняться за то, что ей хочется лучшей жизни.

Мэй заверяет Рейган, что важны обе ее мотивации.

– Став хостой, вы сможете претворить в жизнь собственные художественные замыслы, а также осуществить мечты женщины, отчаянно желающей ребенка. Все стороны выигрывают. Это наилучший вариант.

Рейган хмурится.

– Вы как-то упоминали, что некоторые используют суррогатных матерей, чтобы сохранить собственную привлекательность. Я бы хотела выносить ребенка для той женщины, которая иначе не смогла бы его иметь. Меня не интересуют клиентки, которые используют суррогатное материнство из тщеславия…

Если бы Рейган была заурядной претенденткой, Мэй немедленно отправила бы ее прочь. Еще не хватало, чтобы суррогатная мать выбирала клиентов! Но хосту высшей категории найти трудно, и потому Мэй успокаивает Рейган, а не выговаривает ей:

– Если нам повезет и вы поселитесь в «Золотых дубах», у меня есть для вас клиентка. Пожилая женщина, рожденная в крайней нищете. Она сделала феноменальную карьеру, однако ценой своей фертильности. Она слишком стара, чтобы выносить собственного ребенка.

Глаза Рейган загораются.

– Да, я имела в виду именно это.

Телефон Мэй звонит. Может быть, с ней хочет поговорить Ив. Помощница мадам Дэн предупредила Мэй, что, возможно, придется перенести завтрашнюю встречу с ланча на завтрак, а значит, Мэй понадобится машина, чтобы заехать за миллиардершей еще до пяти утра. Это, в свою очередь, определит, будет ли Мэй сегодня присутствовать на торжественном вечере в Уитни[30]. Она уже купила для него платье, шикарное, десятого размера, «Ив Сен-Лоран» – нашла его на распродаже в «Барниз» и ушила по своей фигуре.

– Простите, Рейган. Я жду звонка от Ив.

Мэй берет телефон. Ив сообщает, что встреча с мадам Дэн перенесена на семь тридцать следующего утра. Проклятье.

– Как Ив? – спрашивает Рейган.

Во время посещения Рейган «Золотых дубов» Мэй попросила Ив поболтать с ней. У Мэй было предчувствие, что хорошенькая Ив с ее непростым детством – мать растила трех маленьких дочерей в одиночку в жилье для малоимущих семей – понравится Рейган, которая представлялась потерянной душой, ищущей смысл жизни. Вполне понятно, учитывая ее детство.

– С ней все в порядке. По вечерам работает над диссертацией.

Рейган теребит пакетики с сахаром, разбросанные по столу.

– Знаете, в тот мой приезд в «Золотые дубы» я была не вполне уверена, стоит ли мне принять ваше предложение. У меня сложилось впечатление, что я не вполне типичная хоста.

Мэй выдерживает пристальный взгляд Рейган и, придя к выводу, что Рейган из тех, кто уважает прямоту, решает ответить искренностью на искренность:

– Вас беспокоит, что другие хосты в «Золотых дубах» в основном цветные? Я права? Вас беспокоит, что в нашей организации есть что-то потенциально… эксплуататорское? – Она говорит ровным голосом, словно читает вслух меню. Рейган нервно смеется. Прямота Мэй вывела ее из равновесия. Хороший знак.

– Ну, я бы не использовала термин «эксплуататорское»… Хотя моя соседка по комнате, узнай она о «Золотых дубах», согласилась бы с ним… – Рейган делает паузу, а затем добавляет, словно поясняя: – Она афроамериканка.

– В колледже вы изучали экономику?

– Да, но я ее ненавидела. Меня заставил отец. Потому что это практично.

– Это не особенно практично, если ее плохо преподают. Что, к сожалению, часто бывает, – улыбается Мэй. – На самом деле она довольно увлекательна. На макроуровне экономика не столько наука, сколько философия. Одна из ее основных идей заключается в том, что свободная торговля, то есть торговля добровольная, взаимовыгодна. Обмен должен быть приемлемым для обеих сторон, иначе одна из них от него откажется.

– Да, но, возможно, у одной из сторон попросту нет других вариантов. Я имею в виду, что «обмен» для этой одной стороны может оказаться не «хорошей сделкой», а лишь лучшим среди множества вариантов, все из которых совершенно… ну, в общем, дерьмовые.

Рейган рисует в воздухе пальцами кавычки, ее голос становится резче.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Диверсант (СИ)
Диверсант (СИ)

Кто сказал «Один не воин, не величина»? Вокруг бескрайний космос, притворись своим и всади торпеду в корму врага! Тотальная война жестока, малые корабли в ней гибнут десятками, с другой стороны для наёмника это авантюра, на которой можно неплохо подняться! Угнал корабль? Он твой по праву. Ограбил нанятого врагом наёмника? Это твои трофеи, нет пощады пособникам изменника. ВКС надёжны, они не попытаются кинуть, и ты им нужен – неприметный корабль обычного вольного пилота не бросается в глаза. Хотелось бы добыть ценных разведанных, отыскать пропавшего исполина, ставшего инструментом корпоратов, а попутно можно заняться поиском одного важного человека. Одна проблема – среди разведчиков-диверсантов высокая смертность…

Михаил Чертопруд , Олег Эдуардович Иванов , Александр Вайс

Прочее / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Фантастика: прочее / РПГ
Смерть сердца
Смерть сердца

«Смерть сердца» – история юной любви и предательства невинности – самая известная книга Элизабет Боуэн. Осиротевшая шестнадцатилетняя Порция, приехав в Лондон, оказывается в странном мире невысказанных слов, ускользающих взглядов, в атмосфере одновременно утонченно-элегантной и смертельно душной. Воплощение невинности, Порция невольно становится той силой, которой суждено процарапать лакированную поверхность идеальной светской жизни, показать, что под сияющим фасадом скрываются обычные люди, тоскующие и слабые. Элизабет Боуэн, классик британской литературы, участница знаменитого литературного кружка «Блумсбери», ближайшая подруга Вирджинии Вулф, стала связующим звеном между модернизмом начала века и психологической изощренностью второй его половины. В ее книгах острое чувство юмора соединяется с погружением в глубины человеческих мотивов и желаний. Роман «Смерть сердца» входит в список 100 самых важных британских романов в истории английской литературы.

Элизабет Боуэн

Классическая проза ХX века / Прочее / Зарубежная классика