Читаем Феномен Солженицына полностью

Эту тему нам тоже не обойти. Но к ней я вернусь позже, в свой час. А пока скажу – не могу не сказать, – что в этих, и других таких же страстных его призывах мы узнавали того, прежнего Солженицына, которым восхищались, которого поддерживали, за которого болели двадцать лет тому назад – в конце 60-х, начале 70-х.

Но тут рядом с тем, прежним Солженицыным, отодвигая, заслоняя, загораживая его, постоянно возникал другой Солженицын. Тоже, увы, уже хорошо нам знакомый.

Приведу лишь некоторые пункты его генерального плана единственно правильного «обустройства» новой России:

...

При географической обширности и бытовых условиях нашей страны прямые всегосударственные выборы законодателей в центральный парламент не могут быть плодотворны. Только выборы трех-четырехстепенные могут провести кандидатов и уже оправдавших себя и укорененных в своих местностях. Это будут выборы не отдалённых малознакомых людей, только и пофигурявших в избирательной кампании, но выборы по взаимному многолетнему узнаванию и доверию.

...Не следует растрачивать народные силы жгучей и пристрастной избирательной кампанией в несколько недель или даже месяцев, когда главная цель – опорочить конкурента. Достаточно, если Всеземское Собрание выдвигает и тщательно обсуждает несколько кандидатур из числа урождённых граждан государства и постоянно живших в нем последние 7–10 лет... Надо искать форму государственных решений более высокую, чем простое механическое голосование...

В нашей истории для того есть прочное подобие: Земский Собор в Московской Руси. Как писал Д. Шипов: когда у нас собирались Земские Соборы, то не происходило борьбы между Государем и Соборами, и неизвестны случаи, когда бы Государь поступил в противность соборному мнению: разойдясь с Собором, он только ослабил бы свой авторитет. Соборность – это система доверия; она предполагает, что нравственное единство – возможно и достижимо...

Такому плану идеально могла бы соответствовать Дума (Соборная Дума? Государственная Дума?), собранная как бы от народной совести из авторитетных людей, проявивших и высокую нравственность, и мудрость, и обильный жизненный опыт...

Мнение без голосования – вовсе не новинка. Например, у горцев Кавказа долго держался порядок не общего голосования, а – «опрос мудрых».

Всё это – ох, как не ново!

Критики этой солженицынской программы «обустройства» России (а их было немало) определили её как патриархальную утопию .

Определение это было тоже не новым. Так в свое время характеризовали взгляды славянофилов, пьесы А. Н. Островского («москвитянского периода»), стихи Н. Клюева, библейские поэмы Есенина.

Но настроения эти затронули и других выдающихся российских интеллектуалов, взгляды которых, казалось, были бесконечно далеки от мировоззрения и мироощущения славянофильского толка.

Вот в высшей степени характерная запись из дневников Блока:

...