По случаю прибытия дорогого гостя накрыли малый стол в гостиной. Здесь было гораздо уютнее, чем в столовой. Получился хороший семейный ужин с непринуждённой беседой о том о сём, какие обычно возникают между родственными людьми. О своей предстоящей поездке в столицы европейских стран Репнин рассказал только после бокала вина.

— Тебя сам император посылает? — поинтересовалась дочь.

— Император, — подтвердил князь. — В другое время я, наверное, обрадовался бы такому поручению, а сейчас чувствую себя иначе.

— Твою озабоченность я сразу заметила. Тебя что-то беспокоит?

— Так, ничего особенного… Пустяки.

Репнин не стал говорить при дочери о подлинных причинах плохого настроения. Заговорил об этом с зятем, наедине.

— Я имел сегодня встречу с императором. Это была тяжёлая встреча. Он разговаривал со мной как с опальным.

— С его величеством подобные вещи случаются часто, — заметил зять. — Не стоит расстраиваться.

— Но я почувствовал, что за этим что-то есть. Ещё во время коронации он был ко мне добр и внимателен, а тут словно ледяная глыба. Есть какая-то причина, которая заставила его изменить своё мнение обо мне. Может быть, вы поможете разобраться?

Молодой князь ответил не сразу, сначала налил в бокалы ещё вина и только потом заговорил:

— Думаете, вы одни ставите себе такие вопросы? При дворе уже до десятка сановников испытали на себе монаршую немилость. И почти все из рода князей Куракиных.

— Что же такое случилось?

— А случилось то, что император поменял своих фавориток. Была у него на первом месте Нелидова, а теперь Лопухина.

— Ну и что из этого?

— А то, что Нелидова тянула наверх своих людей, близких по родству, а Лопухина теперь тянет своих. Что до самого императора… Есть известная фраза: «Королевством правит король, а королём — его любовница». Не знаю, как в других странах, а у нас эта истина подтверждается. По крайней мере, с воцарением Павла Петровича.

— Мне будет трудно служить такому человеку, — подумав, сказал Репнин. — Когда вернусь из-за границы, подам прошение об увольнении со всех должностей. Пора уходить на покой.

Репнин не поехал домой, а остался ночевать у зятя. Утром у него состоялся разговор с дочерью. Он рассказал о недомоганиях матери, которые порою обостряются до того, что ей приходится по нескольку дней лежать в постели.

— Дня через два или три я к вам приеду, — пообещала Прасковья. — И останусь с ней, пока не вернётесь из поездки в чужие страны.

— Я могу быть в этом уверенным, чтобы сообщить матери такую радостную новость?

— Конечно! Не стану же вас обманывать.

3

От дочери Репнин поехал сначала к себе домой узнать, как там обстоят дела, а уже потом в первом часу пополудни направился в коллегию иностранных дел. Приготовленный для него объёмистый пакет с инструкциями и прочими документами, необходимыми для заграничной командировки, лежал на столе у Ростопчина, представившегося третьим членом коллегии. Он был моложе Репнина лет на двадцать, в том возрасте, когда людям препоны на пути карьеры кажутся легко преодолимыми.

— А где Безбородко? — поинтересовался Репнин.

— Граф принимает турецкого посланника, скоро должен быть. Впрочем, я имею полномочия сделать для вас всё необходимое и в его отсутствие.

— Я не спешу, поэтому могу подождать.

Безбородко появился довольный.

— Только что беседовал с турецким посланником по его просьбе, — сообщил он. — Как я понял, турки боятся за свои владения в Средиземном море перед лицом французской агрессии и готовы действовать в союзе с нами под флагом адмирала Ушакова.

— Вы собираетесь послать в Средиземное море объединённую эскадру? Я правильно понял?

— Решения ещё нет, но дело идёт к тому, — ответил Безбородко и обратился к Ростопчину: — Необходимо сегодня же подготовить письмо нашему посланнику в Константинополе с новыми инструкциями.

— Будет сделано, Александр Андреевич.

— Могу ли я сообщить западным союзникам то, что здесь услышал? — напомнил о своём присутствии Репнин.

— Конечно, даже обязательно надо сообщить, — мгновенно отреагировал на вопрос Безбородко. — Кстати, в инструкциях вы найдёте документ, в котором говорится о нашей готовности, в случае достижения согласия, послать в Северную Италию и другие места сухопутные войска, дабы не допустить захвата этих земель французами. Так что, — добавил он самодовольно, — вы едете на Запад не с пустыми руками. Вам нужно только поторопиться, время не терпит.

— Я выеду сегодня же.

…Чтобы добраться до Вильно, Репнину понадобилось чуть больше трёх суток. Дома он появился уже поздним вечером. Наталья Александровна ещё не спала. Услышав его шаги в коридоре, она поднялась с постели, на которой лежала, и пошла ему навстречу.

— Слава Богу, приехал… — промолвила она ослабевшим голосом.

Она едва не упала, но он успел подхватить её и вернуть на постель.

— Нельзя тебе вставать, ты больна, — сказал князь с нежным укором.

— Мне стало лучше, — возразила Наталья Александровна. — Рассказывай, как там? К нашим заходил?

— Я у них ночевал. Параша обещала приехать, будет здесь дня через три.

— Я рада. Надолго приедет?