Читаем Фельдмаршал Репнин полностью

О новом конфликте в центре Европы Репнин узнал двумя днями раньше из последних газет, полученных из Вены. Всё началось с Вестминстерской конвенции, заключённой ещё в январе 1756 года между Пруссией и Англией. В этой конвенции Австрия увидела для себя великую угрозу и в качестве ответного шага заключила договор с Францией, чтобы противостоять возможной агрессии. Прусского короля это не остановило, и он продолжал осуществлять задуманное. Венские газеты писали, что Саксония ему понадобилась для того, чтобы обменять её на Чехию. Мало того, он имел намерение посадить своего брата Генриха на курляндский престол в качестве герцога. Но и это было не всё. Как писали газеты, король собирался завладеть прибалтийскими землями и превратить Польшу в вассала своего королевства.

— Своими вероломными действиями, — продолжал говорить великий канцлер, — Фридрих Второй бросил вызов и Российской империи, у которой с Австрией великая дружба имеется. Долг повелевает нам принять сей вызов. Ежели не сделаем этого, король возомнит в себе опасные намерения: усилившись в Европе, он будет потом угрожать и землям российским.

— А кто поведёт против Фридриха русскую армию? — поинтересовался Репнин.

— Наш общий друг генерал-фельдмаршал граф Апраксин.

— Вы сказали, генерал-фельдмаршал?

— Вы удивлены тем, что назвал графа фельдмаршалом? Нет, я не ошибся. Был генерал-аншефом, а теперь милостью её величества стал генерал-фельдмаршалом, главнокомандующим русской армией.

— И когда фельдмаршал поведёт свою армию?

— Как только закончатся приготовления. Дел много: надо набрать рекрутов, обучить воинскому занятию, сформировать новые полки, снабдить их оружием… Как подумаешь, сколько всего нужно, голова идёт кругом… Но я вижу, — продолжал граф, — вы собираетесь ещё о чём-то спросить?

— У меня не вопрос, а просьба. Нельзя ли попросить фельдмаршала, чтобы взял меня в армию хотя бы волонтёром?

Услышав такое, канцлер опустился в кресло, покряхтел малость и только потом заговорил:

— Вы значитесь офицером гвардии, а судьбы гвардейцев решает сама императрица. Вам надобно получить разрешение её величества.

Вдруг он спросил:

— Вам сколько исполнилось?

— Двадцать два.

— Боже мой! Как летит время! Ещё недавно я видел в вас мальчишку, и вот вам уже двадцать два года!..

— Мне хочется испытать себя в ратных делах, — возобновил свою просьбу Репнин. — Прошу вас, Алексей Петрович, замолвите за меня слово перед государыней.

— Да, да, я вас понимаю, я поговорю. Думаю, государыня вам не откажет, тем более, что и на службе вас хвалят. В какой вы службе сейчас?

— Служу полковым адъютантом в чине поручика.

— Всё в том же Преображенском полку?

— Так точно, в Преображенском.

— Я поговорю. А ещё лучше, если пойдём к её величеству вместе.

— Тогда, может быть, направимся к её величеству прямо сейчас?

— Нет, нет, сегодня уже поздно. Государыня обычно принимает по утрам. Приезжайте ко мне завтра в десять, и мы попытаемся что-то предпринять. Думаю, государыня вам не откажет, примет непременно…

На следующий день, как и было обусловлено, Бестужев-Рюмин и Репнин встретились в десять утра и тотчас отправились в Зимний дворец. Однако этот день оказался для них «невезучим». Придворный чиновник, дежуривший в приёмной, сообщил, что государыня занедужила и никого не принимает.

— Что же теперь будем делать? — забеспокоился Репнин.

— Право, не знаю. Придётся, наверное, ждать.

Пока они стояли и в нерешительности переговаривались между собой, в приёмной появилась великая княгиня Екатерина Алексеевна, супруга наследника престола. Бестужев-Рюмин обрадованно оживился.

— Ваше высочество, — он поклонился, — позвольте представить князя Николая Репнина, сына знаменитого генерал-фельдцейхмейстера Василия Аникитича, ныне уже покойного.

Великая княгиня подала Репнину руку для поцелуя.

— Я о вас уже много знаю, — сказала она ему, изображая на красивом лице доброжелательную улыбку. — Видела на куртаге. В тот вечер все фрейлины на вас заглядывались. — Заметив на лице молодого человека выражение смущения, она оставила его в покое и обратилась к великому канцлеру: — У вас к императрице дело?

Граф рассказал её высочеству о желании молодого князя вступить волонтёром в армию фельдмаршала Апраксина, которая собирается в поход против Пруссии.

— Государыня больна и никого не принимает, — сказала великая княгиня. — Но я постараюсь вам помочь. Я направляюсь сейчас к её величеству и могу доложить о прошении князя.

— Вы окажете мне этим великую честь, — галантно поклонился Репнин.

— Подождите меня здесь, ваше дело может решиться очень быстро. — И она ушла, оставив их с дежурным в приёмной.