Читаем ФэйкLand полностью

– И тебе не ворочаться. – Отправил я, будучи уверенным, что на сегодня переговоры окончены. Прогнала Светка сон. Нужно выпить чуть, чтоб броситься за ним в погоню. Украдкой смотрю на тумбочку возле кровати. Мало того, что нагрел ее при обмене, так теперь и вовсе хочу отнять у нее пустой стакан. Поглядываю на нее. Может уснула. Вроде нет, стоит прямо, даже не накренилась. Конечно, с таким-то соседом нужно быть начеку. На секунду застываю, хватаю стакан и с четырех шагов оказываюсь на кухне. Наливаю холодный виски и смотрю на вход в кухню, мало ли тумба устроила преследование с целью возврата пустой посуды. В дверном проеме не обнаруживаю соседку по комнате. Выпиваю залпом обжигающую жидкость и возвращаюсь в спальню. Выключаю свет, незадолго до этого отключив Светку. Аккуратно прохожу мимо разгневаннойтумбочки и готовлюсь ко сну, при этом не прекращая поглядывать на нее. Говорят, что, если к сорокам годам комната мужчины не наполняется детскими криками, то она наполняется страхами. Страхов пока нет, но вот долбоеб уже в комнате завелся. Посмотрим, какие изменения произойдут в помещении лет, эдак, через восемь.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза