—Может быть, ты и прав, — говорит Лена после минутного размышления. — Но у этой палки может неожиданно сработать второй конец. Вдруг ты настолько хорошо организуешь и осуществишь руководство восстанием в даунтауне, а я в этом не сомневаюсь, что Мирбах начнёт опасаться, как бы ты, прибрав к рукам Россию, не повторил там то же самое.

—Согласен. Это, конечно, надо иметь в виду. Хотя на нынешнем этапе силы России и Америки несоизмеримы. Я уж не говорю о том, что против России вновь выступит карательный Корпус. Кстати, Мирбах намекнул, что у этих Корпусов на вооружении есть нечто помощнее автоматов, пулемётов и даже танков.

—Это тоже надо иметь в виду, — подводит Лена итог нашего разговора.

Глава 7

Там охотники прячутся в тень, —

На снегу кувыркаются волки,

Превратившись в живую мишень.

На рассвете мы вместе с командой «красных волков» выезжаем на охоту. Мирбах экипировал нас с ног до головы: красные кожаные комбинезоны, красные сапоги и красные перчатки. У него, оказывается, целый склад такого добра, где вполне может обмундироваться целый батальон. Рядом — арсенал: винтовки, автоматы всех типов. Но мы предпочитаем ехать со своими «калашами». Также я отказался от громоздкого шлема, предложенного Мирбахом. У меня есть свой; и привычнее, и лучше.

Вечером Лена, со слов Лолиты, рассказала нам о тех, на кого мы собираемся охотиться. Рэфы. Это название происходит от слов «refuse»[2] или «refugee»[3]. Рэфы не признают не только городскую власть, они не признают и власть альтов. Они не желают быть ни даунами, ни элитой. Их объявили вне закона и изгнали из городов. Вернее, они ушли из них сами. Когда-то на них устраивали облавы. Но сейчас рэфы ушли далеко, поселились в старых развалинах и объединились в большие группы. Они вооружены и агрессивны. Для того чтобы блокировать такие поселения и справиться с их жителями, требуются приличные силы. Такими силами полиция не располагает. Последние несколько лет вошел в моду новый вид «спорта» — охота. Любители острых ощущений объединяются в «волчьи стаи» и выезжают охотиться на рэфов. Разумеется, они не суются в поселения. Они охотятся на группы рэфов, которые совершают набеги на фермы, склады, дороги. Часть рэфов отстреливают. В составе «волчьих стай» всегда есть квалифицированные медики. Они прямо в полевых условиях препарируют свежие трупы и раненных рэфов и заполняют контейнеры органами для трансплантации. Захваченные в плен рэфы большей частью продаются в боевые цирки, где быстро находят смерть на аренах. Меньшая часть отправляется в те же центры трансплантации, где ждут своей очереди послужить донором какому-нибудь пациенту из элиты.

Вот на такую охоту нас и пригласил Мирбах. В иных обстоятельствах я не замедлил бы привести в исполнение своё намерение — воспользоваться случаем и уйти из-под опеки Мирбаха. Но сейчас, когда имелся шанс встретиться непосредственно с «прорабами перестройки», или с альтами, надо было играть до конца. Поэтому перед выездом мы организовали короткий военный совет. Решили держаться вместе и оружие применять только в случае непосредственной угрозы для нашей собственной безопасности.

Колонна мотоциклистов в красных комбинезонах мчится всё дальше по шоссе. Примерно через сорок километров мы сворачиваем направо. Дорога здесь заметно хуже, и нам приходится снизить скорость. Проехав еще пятнадцать километров, Мирбах, ведущий колонну, останавливается.

—Прибыли, — объявляет он. — Пойдём глянем на местность.

Я и еще четыре «волка», командиры групп, поднимаемся вслед за Мирбахом на невысокий холм. Оттуда видно, что дорога, по которой мы ехали, ведёт к группе строений, обнесённых колючей проволокой. Это свиноферма. Неподалёку, в разных местах, видны какие-то развалины.

—Рэфы нападут на ферму примерно через час, — говорит Мирбах. — Они придут шестью группами вон с тех направлений, — он указывает рукой.

—Пол, — говорю я, — а откуда у тебя такие точные сведения?

—А какая тебе разница, Андрей? — Мирбах усмехается. — Вот в прошлый раз таких точных сведений у нас не было, и мы вернулись с пустыми руками. Тогда мы полагались на случай.

Мирбах определяет место засады для каждой группы. Я выбираю себе наиболее отдалённые развалины. Мирбах с сомнением спрашивает:

—А справитесь? Вас же всего четверо и леди в придачу. Может быть, вашу группу усилить?

—Не стоит, Пол. Да, нас маловато, но ты же знаешь, кто мы такие. Заодно убедишься на деле, что деньги в нас не зря вкладываешь. За предложение, конечно, спасибо, но брать в группу неизвестных людей я не буду. Откуда я знаю, как они поведут себя в той или иной обстановке и как будут исполнять приказы? А в своих людях я уверен. Они со мной и не в таких переделках побывали.

—Ну как знаешь. Всё, по местам!