Читаем Фаворит императрицы полностью

– Все эти мебели и парсуны остались от старых хозяев, им здесь раньше все принадлежало. – Ключница не стала вдаваться в подробности, только деликатно поджала губы.

– Старика Люберова я не знала, – сказала вдруг Варвара Петровна как бы между прочим, – а с сынком-то его Родионом знакомство вожу. Отменный молодой человек. Он с племянником моим в дружбе.

Ключнице бы при этих словах усомниться в случайности появления гостей, но подобное ей просто не пришло в голову.

– Да что вы такое говорите, сударыня! – воскликнула Настена в полном восторге. – Да может ли быть такое! Я ведь нянька Родиона Андреевича! Вот этими руками… Господи, Господи.

Добрая ключница совсем расчувствовалась, пригласила гостей отужинать, «чем Бог послал», кухня получила самые серьезные распоряжения. За окном стояла уже полная темнота, измученным тяжелой дорогой путешественникам предложили остаться ночевать. Варвара Петровна милостиво согласилась. Она уже успела обменяться с Клеопатрой впечатлениями, и обе согласно решили, что «дом, похоже, тот».

Похоже также, что комната, помеченная на плане крестом, служила когда-то детской.

– Настена, голубушка, а можно мне в этой комнате переночевать? – Клеопатра старалась говорить естественно, но голос ее против воли дрожал. – Родион Андреевич рассказывал нам про эту комнату. Была она светлая, радостная…

– Была, а сейчас ремонта требует, – озаботилась Настена. – Боюсь, покажется вам там неуютно. Прежний хозяин и успел только, что полы в ней перестелить, а обои, старые, холщовые, так и остались. И выцвели все! А вас я в спальне рядом размещу, – обратилась она к Варваре Петровне. – Хорошая спаленка, теплая! Я думаю, управляющий не будет возражать. Ведь такие высокие гости!

– Высокие, да не к нему приехали, – сказала Варвара Петровна и добавила настойчиво: – Я уж лучше с племянницей переночую. У нас и перина, и белье с собой. Я жена солдата, привычная к трудным условиям. Вы нам только лавки поставьте. Здесь мы укромненько ночь проведем, управляющий нас и не заметит.

Настена быстро согласилась, видно, управляющий был строг и выслушивать лишний раз его нарекания ключнице не хотелось. Старик Евстафий с помощью Кирилла Ивановича принес из кареты тюк с периной, саки с бельем и странный, продолговатый, необычайно тяжелый сверток. Наконец постели были застелены, гости угомонились, и ключница удалилась в свою каморку.

В том углу, где рука Люберова на плане начертала крест, стояла дубовая горка голландской работы. Она была старая, поцарапанная, только этим объяснялось, что ее убрали с глаз долой и запихнули в детскую. По мнению тетушки, и племянница с ней согласилась, – если нечто, помеченное крестом, находится в этой комнате, то оно должно находиться именно под горкой. Не зря же хозяин пол перестилал! Но горка оказалась совершенно неподъемной, ее невозможно сдвинуть никак.

– Зови Евстафия, – сказала Варвара Петровна Клеопатре. – Но, пожалуй, Евстафий один не справится, – добавила она задумчиво. – Пусть Евстафий еще Кирилла Ивановича позовет.

– Но что мы ему скажем?

– Найдем что сказать. Зови.

Сторож и артиллерист немедленно явились на зов.

– Голубчик, – обратилась к последнему Варвара Петровна. – Вот эти мебеля надо во-от сюда передвинуть. Евстафий тебе поможет. Нет, сюда не надо, а надо поперек доски, вот именно, что к окну. Настена говорила, в этой комнате крыша подтекает, так если что, мы на освобожденное место и ляжем. Артиллерист попробовал спорить, дескать, не протекает здесь ничего, вон и потолок совсем сухой и чистый, без разводов.

– Если не протекает, так снизу вода поднимется, – повысила голос Варвара Петровна. – Здесь грунтовые воды высокие. Делай, что тебе говорят. Двигай горку! Иль сил совсем нет?

Евстафий бросился помогать. Пыхтели, сопели, сдвинули, поставили к окну…

– Все, ваше сиятельство.

– Вот и хорошо, и спасибо. Теперь спать идите.

Пол под сдвинутой горкой был точно таким же, как и во всех других комнатах. Никакого тебе люка, потайной дверки или хотя бы обрезанной доски.

– Клеопатра, эти доски половые надобно поднять.

– Да как, тетенька? Я не умею.

– У меня гвоздодер в том длинном свертке и лопата, но я думаю, она нам не понадобится. Ты вначале плинтуса оторви!

Клеопатра не умела обращаться с гвоздодером. Шляпки гвоздей были затоплены в дерево. Не только вытащить, но и подцепить их не удавалось бедной девушке. Старалась, пыжилась, пальцы оббила, чуть не плакала.

– Зови Кирилла Ивановича.

– Может, лучше Евстафия?

– Он слепой совсем. Ну что ты на меня смотришь? Не порожним же нам отсюда уезжать! Ты свои деньги ищешь. Свои, не чужие, поняла?

Клеопатра только стукнула в дверь артиллериста, как тот был уже на ногах.

– Вас тетенька зовут.

– Иду.

Явившись в комнату, Кирилл Иванович ухмылялся в усы.

Вся эта история его очень забавляла. Он уже понял, что дамы затеяли какую-то проказу, только не понимал – какую. Не клад же они ищут!

– На место горку поставить?

– Отнюдь нет.

– А как грунтовые воды, не поднимаются?