Читаем Фатима – дочь Пророка полностью

Люди, которые видели эту тоненькую, слабую девочку, одну рядом со своим борющимся отцом, были свидетелями того, как она поддерживает его. Она делала это на протяжении всего этого времени, полного опасностей и испытаний. Всем своим чистым, детским сердцем она сопереживала ему. Поэтому она была названа умм аль-абиха, «мать своего отца».

Черные и трудные годы начались в долине Абу Талиба. Хашимиты и семейство Абд аль-Муталлиба были изолированы, исключая Абу Лахаба, который присоединился к врагам. Мужчины, женщины и дети оказались в этой жаркой, голой долине. Письмо, написанное Абу Джахлем от имени состоятельных людей племени курайш и прикрепленное к стене Каабы, гласило: «Никто не должен иметь никаких контактов с родом Хашим. Все связи с ними прекращаются. Не делайте ничего для них. Не продавайте им ничего. Не заключайте с ними браков».

Хашимиты должны были оставаться в этой каменистой долине до тех пор, пока одиночество, бедность, голод и жизненые трудности не заставят их капитулировать перед идолами или же умереть! Трудности понесли как те, кто принял новую религию, так и те, кто оставался верен старым культам.

Те, кто еще не принял Ислам (из числа хашимитов – прим. перев.), несмотря ни на что восхищались Мухаммадом (С), составив с мусульманами единый фронт против врага. Они защищали его, и хотя не знали Ислама, но знали Пророка (С). Они верили его чистоте. Для них было не важно, куда он вел. Они чувствовали в нем веру. Они слышали, что он говорил о поклонении Истине. Они поняли: он искренне желает освободить людей.

В них было гораздо больше ценности, чем в интеллектуалах, наполненных страхом, таких как консерватор Али ибн Умайид, которые, приняв прогрессивную риторику мнимо противостояли реакционерам, гнилому аристократическому социуму и установившемуся порядку среди арабов со всеми его классовыми отличиями. Подобные люди, зная все это, были заинтересованы прежде всего в том, чтобы сохранить наследственное богатство своих отцов и здоровье, для чего они встали на сторону Абу Джахля и Абу Лахаба. Они, видя мучения под пытками Билала, Аммара, Йасира и Сумайи, не открыли даже рта, чтобы попытаться протестовать против этого.

Из-за всего этого в наступившие трудные годы такие люди оставили своих соплеменников и друзей одних в небольшом поселении. Покинув их, они занялись торговлей на базаре, своими жилищами и семьями. Они проводили время под руководством языческих лидеров. Они соединяли руки (знак совершения торговой сделки, – хлопанье ладонью о ладонь – прим. перев.). Годы спустя последователей этой религии окажется больше, чем последователей религии самого Пророка (С).

Противоположностью всему этому были Али (А), Абу Зарр, Фатима (А), Хусейн (А), Зейнаб (А) и все мухаджиры и сподвижники. Но такие люди, как Али ибн Умайид были первыми среди мусульман, которые продолжали проявлять лицемерие (обман, связанный с мнимой набожностью), в то время как Пророк (С) резко осудил это. Они остались верны подобному поведению и не изменили ему до самой смерти.

Как только огонь новой веры воспламенил души, и в обществе началось движение, полное опасностей (основанное на опыте, выборе и обязательных испытаниях, когда каждый должен говорить сам с собой честно и безо всякой хитрости), среди людей начали происходить чудесные события. Величественные знамения сопровождались противоречивыми чувствами мощи и слабости, достоинства и неполноценности. Все это было скрыто в душах и проявилось само собой.

Теперь же, в этом страшном поселении, были люди, которые, хотя и не являлись мусульманами, несли терпеливо и безропотно трудности, связанные с голодом и отчуждением. Вместе с мусульманами они разделяли мрак опасности. Они также приняли участие в Божьей революции во имя спасения человечества. В этой наиболее чувствительной ситуации начала истории Ислама они проявили понимание позиции Пророка (С) и его асхабов [11] , разделив их боль.

Но черная туча невежества накрыла уютный и счастливый город, наполнив его закостенелостью, духом противоречия и грубостью. Некоторые мусульмане могли видеть, как полы их одежд осквернились, а руки стали хилыми. Они были заняты поиском безопасности и комфорта. Кем они являлись, наблюдателями или участниками этой трагедии? Такой вопрос возникает потому, что в своих представлениях они считали, что у них есть религия. Они любили религиозных людей. Они чувствовали потребность быть просвещенными.