Читаем Фашизофрения полностью

С самого начала независимости киевская власть пытается добиться от иностранных правительств, парламентов и международных организаций признания голода 1933 года — геноцидом украинского народа. При Ющенко эта политика и пропаганда стала назойливой, при Кравчуке и Кучме велась менее публично, как бы исподтишка.

Один из основных параметров геноцида — сокращение населения. И если оценивать по этому параметру и признать, что Голодомор — это геноцид, то украинская независимость окажется равной десяти геноцидам.

28 ноября 2006 года депутаты Верховной Рады признали голод 1932–1933 годов геноцидом украинского народа. Они наверняка сами не понимают, какого джинна выпустили на волю. Вряд ли они могут считать, что на Украине живут исключительно глупцы, которые не задумаются: если в 1990–2008 годах население Украины сократилось на 5,7 млн. человек^{107}, — это что? Просперити? Реформы? Расцвет украинской державности?

Сегодня называются самые разные числа жертв голода 1932–1933 годов. Три, пять, семь, десять, пятнадцать миллионов. Не все цифры берутся с потолка — некоторые имеют свои определенные источники.

О 15 млн. жертв голода говорил Геббельс^{108} на 8-м съезде НСДАП в Нюрнберге 10 сентября 1936 года: «Миллионы людей умирают с голоду. Между террористическим аппаратом ОГПУ и крестьянами идет жестокая война. Евреи Каганович, Ягода и Бауман провели насильственную коллективизацию крестьян, унесшую жизни более 15 миллионов крестьян и членов крестьянских семей». Правда, у него речь идет о «советской России», то есть СССР. Но его наследники не стесняются экстраполировать его домыслы только на одну республику — Украину.

Историки еще очень не скоро придут к консенсусу относительно числа жертв. Основная проблема — недостаточно достоверный учет в те годы. И тем более я — не историк — не претендую на то, чтобы объявить окончательный результат. Давайте вместо этого посмотрим на диапазон оценок.

Стивен Уиткрофт, признанный в мире специалист по данному вопросу, в своей статье «О демографических свидетельствах трагедии советской деревни в 1931–1933 гг.»^{109} приводит сводную таблицу (табл. 2.6).

Таблица 2.6

Примечание: Вариант А — это та минимальная поправка, которая, по версии Курмана, Лоримера, Бекуновой/Родного, Максудова, Уиткрофта и др., необходима в отношении незарегистрированных смертей. Вариант АДХ — это максимальная поправка, по версии Андреева, Дарского и Харьковой^{110}.

Повышенная смертность, или сверхсмертность — это превышение числа смертей над естественным, то есть обычным средним уровнем смертности за несколько предшествующих лет. Естественная смертность, как это и следует из названия, показывает, сколько людей умерло естественной смертью. Повышенная — показывает, сколько людей умерло от голода и иных неестественных причин.

Итак, мы имеем минимальную цифру повышенной смертности в 1933 году — 4 млн. человек по всему СССР, 1,6 млн. в РСФСР и 1,8 млн. — на Украине. Имеем также максимальные цифры, представленные в работах демографов Андреева, Дарского и Харьковой. Максимальные — для ученых; политики и публицисты склонны завышать и эти цифры.

Конечно, не все жертвы погибли от голода. Но голод был основной причиной.

Это — минимально достоверные числа повышенной смертности в 1933 году по сравнению с 1932-м. Историки голода 1930-х обычно увеличивают число потерь.

«Подчеркиваем, что это лишь цифры повышенной смертности в 1933 г. в сравнении с 1932 г., — пишет Уиткрофт. — А в 1932 г. уровень зарегистрированной смертности был уже значительно выше, чем в 1931 г. (по Украине на 150000); и мы уже приводили доводы в пользу того, что незарегистрированная смертность по этим предыдущим годам, весьма вероятно, была выше, чем принято считать. А потому общий уровень смертности от голода в голодные годы с 1931 по 1933 г. следует полагать несколько более высоким. По одной лишь Украине можно было бы говорить о 3–3,5 млн. дополнительных смертей, а по СССР в целом видимо, о 6–7 млн.».