Читаем Фартовый лекарь (СИ) полностью

Почему, против эльфов не использовались смертоносные драконы? Иногда, использовались, но очень редко. Дело в том, что любая война очень затратное дело. Войскам император платил мало, иначе расходы превысят доходы, и имперская казна в короткие сроки опустеет. Основной доход войск, шел с грабежа побежденного врага. Эльфийское оружие и доспехи, стоили приличных денег. А на многих врагах, были надеты, дорогостоящие перстни, кольца, амулеты. У некоторых, имелось и золото. По правилам Империи, если посланные императором в бой войска, не взяли добычи в походе, то владыка обязан был заплатить им из собственной казны. А применение в бою драконов, уничтожало всю добычу. Драконы сжигали все, своим испепеляющим пламенем.

Существовали в этом мире, и подземные жители, гномы. Они не склонили головы перед империей, но охотно с ней торговали. Гномы являлись отличными кузнецами и славились своим необыкновенным крепким оружием, и качественными доспехами.

На Севере располагались Непокорные Королевства. Семь независимых королевств, не пожелавших принять власть Империи. Они не воевали с Империей, но тщательно, скрывали от всего мира, что происходит на их территориях. Даже, купцов не подпускали, ближе, чем на пятисот метров. Все необходимое, закупалось за пределами семи королевств. Императору сильно, не нравилось, такое положение вещей. Он неоднократно, предпринимал попытки, подчинить эти земли. Но все, попытки захватить не покорившиеся территории, заканчивались провалом.

Стоило имперским войскам, приблизиться к королевствам на расстояние трехсот метров, как на людей и животных, накатывал панический ужас. Заставлявший всех живых существ, забыв обо всем, бежать прочь от этого ужасного места. Подобное поведение, наблюдалось и у грифонов, с драконами. Они категорически не желали приближаться к этим местам.

На территориях Непокорных Королевств полностью переставала работать магия. Имперские боевые маги, возле этих земель, теряли свои способности. И ничем, не могли помочь, армии. Обстрел из катапульт, тоже, не приносил результатов. Опытные стрелки, начинали, внезапно промахиваться, и снаряды не долетали до цели. Пришлось императору, скрепя сердце, признать временную независимость этих земель.

Недалеко от деревни дорогу нам внезапно перегородил огромный белый волк. Его красные глаза внимательно смотрели на нас, но он не спешил нападать.

Собака кинулась на возмутителя спокойствия. Но немного не добежав с визгом отлетела назад и спряталась у меня за спиной. Зверь даже не шелохнулся. Очевидно, для удара он использовал какую – то магию.

Вышел вперёд и показал зверю пустые руки.

— Прости братишка, у меня для тебя ничего нет, сам голодный.

Не знаю, на что я надеялся, но это сработало. Зверь нас не тронул, отошёл с дороги, пропуская, но внимательно за нами наблюдая.

Вернувшись в деревню рассказал охотникам о чудном звере. Мне никто не поверил. Сказали, чтобы не выдумывал, они каждый день охотятся в лесу и ни разу не видели никакого белого волка. Ну, что ж, мое дело было предупредить.

Набив желудок едой, завалился спать. Утром придя на место, первым делом пересчитал свою добычу. Девушки пока не было, это было к лучшему, а то снова вместо дел придется удовлетворять свою похоть.

В кошельках оказалось 35 золотых, 24 серебряных и 120 медных монет. Один золотой равнялся 20 серебряным монетам, одна серебрушка 30 медным монетам. Прожорливая Хельга наверняка опять приговорит весь мой обед. Решил подстраховаться, наловить и пожарить рыбы, чтобы было что поесть. А потом решил потренироваться. Девушка заявилась к обеду.

Поздоровались и она сразу жадно уставилась на мой мешочек с едой.

— Тебя, что дома не кормят? – едко спросил я.

— Кормят, но мало. — Я постоянно хочу есть. — Родители говорят, что я дармоедка, по лесу целыми днями шатаюсь, а толку нет. — Замуж меня такую уродину никто не возьмёт, так и просижу на их шее всю жизнь.

Не успел дать ещё своего согласия на поглощение своего обеда, как Хельга уже потянулась к моему мешку. И развязав начала жадно, с аппетитом поглощать мою еду. Хорошо хоть успел к ее приходу перекусить, заточив несколько жареных рыбёшек.

— О, рыбка, – радостно потянулась, рукой к жаренной рыбе, Хельга, когда доела мой обед.

— Ты что ещё не наелась? – хлопая ладонью ее по руке, с раздражением в голосе, спросил я.

Обед у меня был большим и сытным, мать на мне не экономила. Я наедался так, что трудно было шевелиться. А этой прожорливой девке, на один зуб. Вот так женишься на ней и не сможешь прокормить. На одной только еде можно разориться.

— Тебе, что жалко рыбки для меня? – с обидой в голосе спросила Хельга.

— Ты съела весь мой обед, мне что голодным теперь сидеть? — Хочешь рыбки, пойди налови, вот удочка, вон река.

— Прости. — Не могу смотреть, как еда лежит без дела.

— Она не лежит без дела, я ее сейчас буду кушать.

— Ладно, не сердись. — Я нам кое – что принесла.

Она достала из своего мешка деревянный кувшин.

— Что это?

— Ягодное вино.