Читаем Фараоны, Гитлер и колхозы полностью

Австрийский психолог Бруно Беттельгейм, будучи заключённым в Дахау, а затем в Бухенвальде в 1938 и 1939 годах, провёл своеобразное социально-психологическое исследование методом, который социологи именуют «включённым наблюдением». Вот как комментирует результаты этого исследования советский психолог М. Максимов: «Конечно, в лагере не так уж много возможностей для квалифицированного труда, но кое-что все же есть — небольшие заводы, мастерские и так далее. Представим себе интеллигента, который попадает, скажем, на кирпичный завод. Поначалу у него все валится из рук, вместо кирпичей — причудливой формы лепёшки. Но он очень старается. И вот месяца через три он уже делает вполне приличные кирпичи… Но как только эсэсовцы замечают, что у заключённого кирпичи начинают получаться, его сразу же переводят на другую — самую грязную и тяжёлую работу. Цель — показать тебе, что от твоего умения, старания, от тебя ничего не зависит. Ты будешь делать то, что может сделать любой. Ещё лучше, если эта работа к тому же й бессмысленна. Отсюда перетаскивание камней с места на место и погрузка песка в вагоны ладонями». Итак, одна из целей низведения сложного труда до уровня простого — психологическое подавление личности. Сам Бруно Беттельгейм пишет по этому поводу: «Ни при каких обстоятельствах не дадут они заключённому стать личностью через свои собственные усилия, даже если эти усилия полезны для СС». Другая причина — экономическая: нивелировка рабочей силы уменьшает необходимое рабочее время, увеличивая тем самым время прибавочное, а следовательно — степень эксплуатации. Сопутствующее понижение качества труда, да и чисто количественной его производительности, компенсируется в глазах «командиров производства» удобством управления обезличенной (а отсюда — и покорной) рабочей силой.

Ну, а теперь от древнеегипетской и тюремно-лагерной экзотики перейдём к отечественным трудовым будням. Ещё в 1917 году В. И. Ленин предсказывал: «Все общество будет одной конторой и одной фабрикой с равенством труда и равенством платы» На пути к этому идеалу мы достигли ощутимых результатов. В 1931 году были утверждены тарифные ставки, о которых С. Н. Фёдоров сказал: «Тарифная ставка отрицает принцип справедливого распределения по труду. Работаешь хорошо, работаешь плохо — почти одно и то же». В 1956–1965 годах количество разрядов сокращено с 8 до 6, а разрыв в тарифных ставках уменьшился с 3,5 до 1,5–1,7 раза. Но реальные различия в производительности труда рабочих, выполняющих одну и ту же операцию, очень большие. Причём наполовину эти различия обусловлены стажем и квалификацией, наполовину — отношением к труду. Вместе эти половины обусловливают перепад в производительности труда в 40–70 процентов между плохим и хорошим рабочим. И огромной разнице в произведённой работе соответствует разница зарплаты в… 13 рублей (данные Н. А. Аитова по результатам исследований в Уфе). Ну как тут не вспомнить слова П. Г. Бунича, произнесённые им на первом Съезде народных депутатов СССР: «…Когда человек хуже работает, ему лучше. В расчёте на единицу труда он зарабатывает больше. Поэтому у нас существует не тяга подняться снизу вверх, а тяга опуститься сверху вниз… Я бы сказал вот что: «Кто не работает — тот ест того, кто работает».