Читаем Фантастика 1980 полностью

Трудно сказать, кто на кого больше влиял, скорее всего это было обоюдно, так как в дальнейшем и у того и у другого произошло постепенно «сглаживание углов»: Дик начал отходить от обычных студенческих проделок и «шалостей», а Рой приобщаться к ним. Скоро молодые люди стали почти неразлучны, появилось что-то похожее на дружбу, несмотря на явное, даже бросающееся в глаза различие характеров. В конце концов в оригинальных студенческих работах Смайлса все чаще и чаще стало появляться имя Робинсона, сначала в роли помощника или ассистента, а затем и соавтора. Отмечалось: Смайлс параллельно с основным посещал и биологический факультет, где тоже проявил отменные успехи и способности.

Произошел резкий поворот в поведении: к пятому году обучения оба друга стали завсегдатаями уже не баров, кафе и ресторанов, а университетской и городской библиотек. В одной из них они и познакомились с первокурсницей Кристиной Хупер, шведкой по национальности, дочерью средней руки судовладельца, вице-президента Скандинавской морской компании.

С этого момента они начали появляться втроем, однако юная Кристи отдавала предпочтение Рою, а к моменту окончания им учебы — он защитил сразу два диплома — их официально считали женихом и невестой.

Грег отодвинул в сторону папку и из небольшого фиолетового с синими разводами водяных знаков конверта вытряхнул на стол три фотографии.

Снимки были сделаны, когда мужчинам едва исполнилось по двадцать два — двадцать три года, то есть перед их выпуском.

Грег вложил фото в конверт и снова приступил к досье.

За несколько дней до защиты диплома Робинсон-старший утонул на отдыхе в Майами, где ему принадлежала не только собственная вилла, но и личный пляж. Мать Дика умерла, когда ребенку не исполнилось и года, от рака желудка.

Робинсон-младший, узнав о несчастье с родителем, прервал учебу и вылетел на похороны. Защиту диплома он так и не завершил — пришлось возглавить огромное дело.

Само собой разумеется, после окончания университета Дик пригласил Роя работать к себе — он реконструировал производство, и теперь удобрения занимали в нем самое, незначительное место, основной продукцией стали пластики, пластмассы и оборудование для химической промышленности. Для Смайлса была создана специальная лаборатория.

С первых шагов самостоятельной деятельности оба товарища значительно преуспели: один на административно-коммерческом поприще, другой на научном. Однако тут в сведениях чувствовался пробел — не было ясно, над какими же научными проблемами работал Смайлс.

Дела и карьера шли в гору.

Вскоре кончилась учеба и молодой шведки. Опять же само собой разумеется — она приехала к ним и поселилась в квартире своего жениха.

Спустя неделю после ее прибытия стены предприятия потрясли весьма неприятные события, сразу выплеснувшиеся не только за высокую ограду концерна, но и на страницы местной и центральной прессы. При монтаже уникальной лазерной установки, конструктором которой являлся Рой, обнаружили хищение крупных алмазов; кто-то ловко заменил их обыкновенным хрусталем. События неожиданно приняли такой оборот, что Смайлс предстал перед лицом правосудия с обвинением в краже драгоценных камней.

Дик развел бурную деятельность по реабилитации своего приятеля. Он нанял самых дорогих и модных адвокатов. Снял иск предприятия к Смайлсу. Внес огромный залог, взяв его на поруки. В конце концов дело прикрыли, а вернее замяли, но работать здесь Рой уже не мог.

Через месяц, оставив квартиру невесте, он уехал в Египет в археологическую экспедицию знаменитого знатока древностей, профессора Эдвина.

Не прошло и года, как из Александрии прибыло скорбное сообщение: во время обвала свода одной из гробниц Рой Смайлс погиб, и указывалось место захоронения.

Минуло около двух лет.

Дик и Кристина объявили о своей помолвке в разделе светской хроники городской газеты — пожелтевшая вырезка прилагалась, — а ровно через год состоялось окончившееся таким невероятным конфузом бракосочетание.

Вот и все.

Материала было вроде бы и много, но никаких подходов или связей, зацепок или ниточек, ведущих к интересующему Грега делу, он пока не видел. Правда, оставался еще профессор Эдвин.

Том позвонил в бюро транспортного сервиса, заказал билет на ближайший самолет, заодно дал заявку забронировать одноместный номер с ванной в гостинице в Александрии и начал собираться в дорогу.

Грегу приходилось летать часто — в фирме незыблемо наблюдался девиз: самый большой капитал — время.

Реактивный лайнер плыл — или лучше висел — на высоте восьми тысяч метров.

Следовало торопиться, сегодня истекал уже пятый день расследования, а он прекрасно помнил: в активе осталось всего двое суток, поэтому, не заезжая в гостиницу, Грег направился к профессору домой. Ему было известно — ну как не вспомнить с благодарностью сервис-бюро! — Эдвин сейчас здесь и перед следующей экспедицией отдыхает.

— …Что же привело вас в такую даль? Уж не любовь ли к фараонам и археологии? Позволю также заметить: я не консультирую сыщиков, — мое амплуа Греция, Рим и Египет.