Читаем Фантастика 1977 полностью

…Жгуче вспыхнули юпитеры. Вогнутая поверхность чаши с лежащим внутри космонавтом съежилась под пристальными глазами лазеров. Люди в белом провезли по монорельсу главную установку. Голубым светом зажегся стенной экран. Люди, подобно светлячкам, укрылись за переборками, оставив неподвижного космонавта наедине с бесстрастными машинами, решавшими сегодня его судьбу.

— …Три. Два. Один.

— Пуск! — Белый зал словно вспыхнул. Десятки лиц в непроницаемых очках за перегородками вперились в экран. На его шершавой поверхности задвигались тени.

Но лишь постепенно они оформились во что-то многоцветное и рельефное. Щёлкнула кнопка записи.

Холмы поросли густой травой, маленькое солнце карабкалось вверх, багровея от усталости. Вдали воздух становился лиловым и дрожал в рассветном мареве.

— Ну и красота!.. — громко прошептал кто-то невидимый.

Как бы в подтверждение этих слов точно три взмаха ножа один за другим вспороли небо, и фиолетовые полосы брызнули на его пыльную гладь. У самого горизонта зареял светолет, играючи выделывая изящные петли.

— Ты знаешь, — опять заговорил тот же голос, — странно, но я совершенно не хочу улетать…

— Зря. В этой планетке есть что-то чертовское — не могут освоить с шестой попытки!

Крупным планом показались спорящие: Ярослав и кибернетик Листов.

— Удивительно… Универсально… — пробормотал Руков. — Показывает себя со стороны!

— У нас такая работа, — засмеялся на экране Ярослав. Сегодня здесь, завтра там, а послезавтра на том свете…

— А ты что, жалеешь?

— Нет! Конечно, нет! Разум в оболочке корабля плюет на вселенную и лезет вперед… Заманчиво!

— Потянуло на символику! — свистнул Листов. — А ведь верно… Пошли на стартовую. Не терплю дожидаться вызова. Летишь в Седьмую?

— Не знаю. Мне бы подальше. Люблю двойные солнца…

— Акиноров тоже рвался за кратными светилами, светлая ему память… — вздохнул Листов.

— Идем, — хмуро оборвал его Ярослав.

— Он не болен, — сказал Руков. — Давайте ускорение передачи.

Космонавты, не говоря ни слова, быстро зашагали прочь.

Их лица были спокойны.

Когда тяжелая створка люка скрыла их в корабле и из сопел вырвался первый сноп огня, Руков задумчиво проговорил:

— Выключайте. Вот вам и пожалуйста, — обернулся он к Лиде. — Буквально самый верхний слой, и ни признаков заболевания, ничего. Даже не надо давать замедленную.

— Значит, теперь можно взять поглубже… — неуверенно сказал кто-то из ассистентов.

— И снова ничего? Нет, теперь начинайте со второй недели.

— Михаил Константинович! — взмолилась Лида. — Попробуйте еще раз!

Помощники одобрительно зашумели.

— Что за бредовая идея! — раздраженно сказал Руков, садясь на место. — Хорошо. Новый, и последний, раз. По местам.

Лицо космонавта в нише было необычайно бледно, глаза совсем стеклянные. Казалось, он перестал дышать.

Руков с тоской посмотрел на него. Как можно вылечить этого уже почти не человека?…

— …Три. Два. Один. Пуск!

Экран вспыхнул мгновенно. Великая мощь подсознания была разбужена.

Ярослав стоял на вершине невысокой горы, внизу плескались пески. Кромка неба на востоке слегка мерцала. Изредка вспыхивали мокрые стебли трав. Небо низко нависло над землей, пытаясь упасть.

— Встречаешь солнышко? — спросил взбиравшийся по склону.

— Да, в последний раз. Привычка.

— Я снова набил полные карманы этими камешками.

Рядом с Ярославом встал навигатор Карженов.

— Покажи! — с жаром отозвался Ярослав, оторвав глаза от загорающейся полоски.

— Бери. Особенно вот этот, впервые вижу такой здоровый. Похож на призму, да? Знаешь, чего я сюда влез?

— Ну? — Ярослав разглядывал камни. Они были точно сплетены из разноцветной проволоки и даже в сумерках очень красивы.

— Чем сложнее излом кристалла, тем лучше он выглядит на свету. На Земле не тот эффект! Солнце выходит медленно, лучи заполняют пространство постепенно… А здесь… Мы можем взобраться еще выше: светило вымахивает из-за горизонта со своими огненными вихрями, а камни так засияют, что все земные бриллианты станут булыжниками!

— Действительно красиво… Идем!

Рассовав минералы по карманам, они кинулись к соседней гряде. Беспорядочно замелькали трещины, выветрившиеся породы, и вот космонавты стоят на пике. Полоса все раздувалась, солнце рвало свою клетку пламенными когтями.

Ярослав побросал мелкие камешки на зеркальную поверхность уступа, а большой зажал в руке.

— Да не так! Положи на ладонь, освободи побольше граней!

— Что будет! — прошептал Ярослав, разжимая кулак и выставляя камень на вытянутой ладони.

Солнечная корона показалась в далекой расщелине и подмигнула землянам. Ярослав впился глазами в частицу планеты, лежавшую в руке, наклонился вперед… Карженов тоже согнулся.

Удар! Еще! Еще! Небо яростно вскипело, огнедышащий край диска бросился вверх и затрепетал, собирая силы.

Камень, пронзенный насквозь, причудливо, нестерпимо запылал, брызнув на Ярослава и Карженова расплавленным светом.

— Ну что?! — закричал Карженов, как будто вокруг бушевал свинцовый металлопад.

Ярослав не отвечал, широко раскрытыми глазами глядя вниз.

— Никогда не видел… — прошептал он. — Идеальное свечение!