Читаем Фальшивые зеркала полностью

Он натыкается на взгляд Тёмного Дайвера, замолкает и уходит.

— Леонид, откуда я мог знать, что следующий патрон — смертельный?

— Отсюда, — говорю я. Достаю пистолет, который вручил мне Дибенко. Извлекаю обойму. Выщёлкиваю пули.

— Раз… два… три… четыре… Не хватает шести. Верно?

Тёмный Дайвер смотрит мне в глаза.

— Первый выстрел ты сделал в меня. Промазал. Вторым зарядом я уложил полицейского. Ещё три пули ты истратил на меня, Чингиза и Падлу. Шестой заряд был смертельным. Ты выстрелил в Пата.

— Я упустил из виду твой выстрел.

— Да, разумеется. Ты растворился в сети. А проверить, что случилось за это время, не посчитал нужным.

Тёмный Дайвер наливает коньяк. Себе и мне.

— Будешь? Он не отравлен.

Молчу.

— Леонид… ну что ты, в конце концов! — Тёмный Дайвер морщится. — Я не стал бы стрелять в вас боевыми. Никогда! Ты пойми, что мне приятен Чингиз, интересен Падла, симпатичен Пат. И уж само собой я не стал бы стрелять в тебя.

— Моя гибель для тебя уже не фатальна.

— Да… уже больше года, как не фатальна. Я вполне самостоятельная личность.

Я смотрю в лицо Тёмного Дайвера — в своё лицо — и улыбаюсь.

— Вся проблема в том, что мы смотрим на мир немножко по-разному, — говорит Тёмный Дайвер. — Я — из глубины. Ты — снаружи. Для тебя существует реальный мир. Солнце, небо, люди… У меня тоже всё это есть. Но — здесь. В глубине. В Диптауне.

— Как это случилось? — спрашиваю я.

— Не помнишь?

— Нет.

— Неудачник дал тебе часть своих сил, Леонид. Помнишь, как тонул, когда Дибенко опробовал на тебе зацикленную дип-программу… ловушку для дайверов?

— Помню.

— Он дал тебе часть своих сил, Лёня. Оболочку, броню… меня. Ты смог выйти из бесконечного погружения. Ты смог управлять сетью. Не напрямую, конечно… через меня. Тогда это не имело никакого значения, я оставался никем. Безмозглым придатком, исполнителем твоих приказов. Растворённой в сети программой, ждущей твоего появления… учащейся угадывать желания, выбирающей лучшие пути.

— Тем, что сейчас создал Дибенко. «Искусственной натурой».

— Да.

Я глотаю коньяк. Смотрю на Тёмного Дайвера. Тот разводит руками — немного виновато, немного смиренно.

— Ты ведь сам отказался от дара, Леонид. Ты выбрал реальный мир… тебе показалось, что ты выбрал раз и навсегда. И ты стал жечь мосты. Отказался от способностей дайвера… но ты ведь не мог изменить самого себя, своё тело, свой мозг. Ты убил дайверство как явление. Изменил всю сеть. Изменил дип-программу. Люди перестали тонуть в глубине — таймер теперь стоит в самой программе. Дайверы перестали видеть дыры в кодах — потому что ты этого хотел!

— Я не хотел!

— Хотел. Неосознанно, конечно. Но ты чиркнул спичкой… а я сжёг мосты. Как было велено. И когда осел электронный пепел, когда приказ был выполнен, я растворился в сети. Я уснул. И знаешь… я почти умер. Но ты вернулся.

Да, я вернулся…

А что ещё мне оставалось делать? В настоящем мире я был никем, не имел ни работы, ни друзей, ни интересов. Ничего и никого. Только Вика.

Но этого, как оказалось, тоже мало.

Любовь — это огонь. Стоит закрыться от мира наглухо, остаться один на один — ты и не заметишь, как пламя сожрёт кислород и задохнётся.

— Я вернулся, — говорю я.

— И тогда я ожил. Я ходил вслед за тобой. Слушал твои слова. Повторял твои жесты. Учился угадывать поступки и доедал твои чувства. Донашивал твой гнев. Доплакивал твою тоску. Домысливал твою ярость.

— А как же всё остальное? Любовь, радость, доброта?

Тёмный Дайвер улыбается. Горько улыбается.

— Этого мне не доставалось, Леонид. Это ты и сам выбирал до конца. И я тебя не виню… странно было бы ожидать чего-то иного.

Мы, наверное, очень мирно смотримся со стороны. Два старых друга, встретившиеся после разлуки.

И самое страшное, что так оно и есть.

— Вот почему ты… такой? — спрашиваю я.

— Наверное. Но я не жалею. Я не злой гений, я не маньяк-убийца. Я просто резче и серьёзнее тебя. Но я живой… я настоящий, пусть только здесь, в Диптауне, но настоящий!

— Почему ты так ненавидишь Дибенко?

— Разве это важно? Допустим, мне нужна его новая программа. Мне нужны братья и сёстры. Такие же, как я. Полноправные обитатели виртуального мира. Его коренные жители.

— Да это же ты сам! — Я не выдерживаю, и срываюсь. — Это то, из чего ты сделан! Зачем тебе программы, из которых ты же и состоишь?

— А ты можешь рассказать мне, из чего состоишь, Леонид? Как работает твоя печень, как бьётся сердце. Как скачут импульсы по нейронам, как сокращается кишечник, как выплёскиваются в кровь гормоны?

— При чём тут это?

— Ты можешь вытащить почку, отпрепарировать, посмотреть под микроскопом, а потом засунуть обратно? Я не могу. Пока — не могу. Мне было нужно то, что называется исходниками. Теперь я добился своего.

— И такие, как ты, войдут в Диптаун?

— Да.

— Нет.

Мы смотрим друг на друга. Взгляд у Тёмного Дайвера самый настоящий, человеческий. Глаза — зеркало души. В его глазах я вижу себя.

Но это — фальшивые зеркала.

— Ты ничего не сделаешь, Леонид. Ничего. Ты снова дайвер, ты справился, но я — часть глубины. Я сильнее.

— Я не мог изменить себя. Ты же сам это сказал. Значит…