Читаем Фактор кролика полностью

Я уже проехал за джипом Орла не одну сотню километров и могу сказать, что он выбрал новый маршрут. Мы движемся на северо-запад. Слежка дается мне непросто. Дело, прежде всего, в скорости: Орел все время превышает ее, чего раньше за ним не водилось. И еще одно новое обстоятельство — Орел в машине не один. На пассажирском сиденье сидит мужчина, и он кажется мне знакомым, хоть я и не видел пока его синего лица.

Джип разгоняется еще больше, когда с четырехполосной автомагистрали мы съезжаем на узкое и извилистое двухполосное шоссе. Теперь следить за внедорожником становится не просто трудно, но почти невозможно. И не только потому, что я не считаю превышение скорости разумным. Такое ощущение, что с каждым километром нога Нико Орла, которой он давит на педаль газа, делается все тяжелее; он явно куда-то ужасно спешит.

Дорога круто изгибается на тенистых лесных участках и выпрямляется и светлеет, когда мы мчимся среди сверкающих белых полей. Крутые петли, разгоны и торможения, когда машину несет в кювет, длятся еще семнадцать или восемнадцать минут. Мне трудно определить время точно, потому что все силы и внимание брошены на то, чтобы удержаться в своем «Рено» на скользкой зимней дороге. К счастью, я успеваю заметить, что внедорожник замедляет ход.

Мы подъезжаем к плавному повороту, после которого на середине длинного прямого участка внедорожник сбрасывает скорость, почти останавливается и съезжает с шоссе налево, не включая поворотник. Я торможу так, чтобы не привлекать к себе внимания, и даю внедорожнику время съехать с шоссе. Соблюдая скоростной режим, проскакиваю этот небольшой перекресток. И вижу слева двухэтажный жилой дом, длинное одноэтажное здание, ограды и многочисленных лошадей.

Внедорожник Нико Орла исчезает между строениями.

Доезжаю до конца прямого участка. Дальше дорога идет между рядами темнеющих по сторонам деревьев. В момент, когда я сбавляю скорость, чтобы развернуться, снова вижу слева от себя узкую, очищенную от снега дорогу, которая, кажется, загибается к той же ферме с лошадьми. Я притормаживаю, сворачиваю с шоссе и выезжаю на проселочную дорогу. Она действительно ведет к ферме. Странно, почему к одному и тому же месту проложены с разных сторон две дороги? Потом я все понимаю и успеваю вовремя остановить машину. Дорога, на которой я нахожусь, ведет к другому дому, который загораживало длинное здание, скорее всего, конюшня.

Здание кажется необитаемым, во дворе нет машины. Я глушу двигатель и мгновение размышляю. Смотрю на часы. В моем нынешнем положении время не кажется относительным понятием, оно осязаемо не менее, чем прохладное рулевое колесо под моими пальцами. И мне больше не остается ничего другого.

Я выхожу из «Рено» и направляюсь к конеферме.

Между участками лежит чистый, нетронутый снег; два ряда елей, вероятно, служат своего рода оградой или защитой от посторонних взглядов. Я пробираюсь по снегу к ближайшему ряду деревьев и слышу вой двигателя. Звук высокий, он доносится откуда-то из-за фермы с лошадьми, поэтому я прохожу сквозь первый ряд елей и по девственному снегу иду ко второму.

Идти трудно, поэтому двигаюсь медленно, а день очень холодный. К счастью, я хорошо экипирован — у меня подходящая обувь и довольно длинная куртка. Мысль о куртке кое о чем мне напоминает. Вытаскиваю из кармана балаклаву, натягиваю ее на голову, а поверх надеваю обычную вязаную шапочку. Моя темно-коричневая куртка с рекламой энергетического напитка, как и черная с серым шапка с кошечкой — забытые в нашем парке больше года назад вещи посетителей, за которыми никто не пришел. Вряд ли они кому-нибудь понадобятся именно сейчас, зато я могу с уверенностью сказать, что в таком наряде сам себя не узнаю. В этом и состоит моя цель.

Подхожу ко второму ряду елок, останавливаюсь между заснеженными деревьями и разглядываю территорию конефермы.

От меня до угла длинного красного здания конюшни около двадцати пяти метров. До двери ярко-желтого жилого дома — порядка пятидесяти. Внедорожник Нико Орла стоит между домом и конюшней. Из живых существ в поле зрения только лошади. У меня нет точной идеи или плана, но основной принцип ясен: мне надо подобраться поближе.

Что ж, вперед! Я слышу только вой двигателя на другой стороне фермы. Сделав десять или двенадцать шагов, понимаю, что на далекий вой мотора накладываются и другие звуки. Так-так, из конюшни доносится разговор. Разворачиваюсь и подхожу к неплотно закрытой двери.

Я не вижу Нико Орла, но узнаю его по тембру голоса и манере говорить.

— Эльса, еще чуть-чуть…

— Ага, ты то же самое говорил и на прошлой неделе, — раздается женский голос, вероятно, принадлежащий Эльсе. — И две недели назад… Деньги уходят, но не возвращаются. И Вэ-Пэ то же самое говорил. А у нас есть цели. Вернее, у меня есть цели.

— Разумеется! Но рынок парков приключений… Его не захватить в одночасье. И деньги пошли на другое, ты ведь понимаешь, им…

— Если я доберусь до этих уродов, — говорит Эльса, — ты знаешь, что я сделаю.