Читаем Фактор фуры полностью

- Ты по улицам ходишь? - бормотал Михаэль себе под нос, поглощенный изуверскими операциями, производимыми над красно-черной манерно выгнувшейся трубкой при помощи неприятно блестящего трехчленного инструмента по прозвищу «гинеколог». - Видишь, сколько их?.. Причем у нас еще ладно! Ты в Париже не был? Там негров и арабов, по-моему, уже больше французов. Что-то около шестнадцати, если я правильно помню, процентов нынешних жителей той же Франции родились не в ней. То есть это не считая иммигрантов во втором и третьем поколениях, которых там море! - Он совал трубку в рот, зажигалку - в трубку и принимался часто, на паровозный манер, пыхтеть. Пузо смотрит на люстру, руки свисают с подлокотников: буржуин торжествующий… - Они же как - нелегально приезжают в Европу, остаются тут (потому что депортировать их трепетным европейцам не велит гуманизм), плодятся (они вообще отлично плодятся, не то что местные) - а по европейским законам все, родившиеся здесь, автоматически получают гражданство ЕС! - Попов разводил руками: опаньки! (По комнате плыли фруктовые ароматы.) - Забавная это штука - европейская демократия. Совсем не лицемерная, нет… То же гражданство. Вот напринимали сейчас в ЕС всякого постсоветского дерьма: Латвии, Эстонии и прочих. Есть у меня в Латвии один знакомый. Русский по национальности. Родился там и прожил пятьдесят лет. Думаешь, у него есть латвийское гражданство? - Мишка оглушительно хлопал широкой левой ладонью по внутреннему сгибу правого локтя. - Русская свинья, какое ему гражданство, ты что! Так что, хотя эта сраная Латвия теперь член ЕС, он, проживший в ней всю жизнь, ко мне сюда приехать вообще не может: потому что с его статусом ему для поездки из ЕС в ЕС нужно столько раз во всех посольствах доказать, что он не верблюд - и забашлять нехило! - что легче повеситься. И что, кого-то это гребет среди западных правозащитников? - Он делал повторный жест еще энергичнее и громче. - Будут они о правах русских заботиться, щас! Русских они традиционно ненавидят и ссут, как черт ладана, - любых. Зато какой-нибудь негритенок, черный, как моя жизнь, чья мама год назад в грузовом контейнере сюда приехала из Сьерра-Леоне (причем ни она, ни он ни на одном европейском языке толком говорить не будут никогда в жизни!), - вот он полноправный европейский гражданин, на него распространяются все конвенции, ему полагается пособие, на котором он до старости и просидит, ни хрена не работая (зачем?!) и торгуя наркотой… Вот он пользуется всеми бонусами продвинутого общества, он свой, родной!.. - Раскрасневшийся Мишаня орал и размахивал руками, забыв про трубку: национальный темперамент решительно брал верх над пестуемым бюргерским образом. - Ну, этот родной вам обеспечит криминальную статистику, не сомневайтесь! За ваши собственные деньги вас же и отпидорасит. Из некоторых парижских пригородов - это я из первых рук знаю - девяносто процентов белых давно сбежало. Чтоб просто в живых остаться!

Барбара с ухмылочкой косилась из кресла, в котором свернулась, поджав босые ноги, - я не знал, сколько из сказанного до нее доходит: по-русски блондинка слегка секла.

- … Ладно, пусть я расист, радикал, и вообще какое мое дело, я сам сюда приехал семь лет как. Ладно. Молчу. Но местные, все эти герры и мсье, - они, что ли, довольны?! Прямо так и исходят демократическим гостеприимством, как же! Я чего все про Францию - у меня там просто одна хорошая… (быстрый взгляд на жену) знакомый жил, как раз под Парижем, в таком Сен-Море, пригороде, полчаса на РЭРе. Причем это не арабское гетто никакое - наоборот, тишайший пенсионерский буржуазный такой поселочек, беленькие двухэтажные домики… Так вот, она… разговорился как-то с тамошней французской бабулькой, интеллигентной такой: у вас, мол, столько этих, чернокожих… афрофранцузов… «Да, есть такой… э-э… вопрос… непростой местами… конечно, все понятно, но вообще-то… если говорить о моем частном мнении… (это бабулька ей говорит!) Будь моя воля… я бы всю эту публику посадила на один ба-альшой корабль… да и отправила бы через Средиземное море - домой, в Африку… - помолчала и добавила: - А на середине бы - утопила!»

- Ну так а зачем они их пускают? - спрашиваю, ставя на столик пивную бутылку.