Читаем Файролл полностью

— Добро пожаловать на борт, Хейген, тан Западной Марки. Кем тебе в команде быть, после определит Тревис, мой квартирмейстер, с ним и соглашение подпишешь, ну а пока скажи мне, что бы ты сделал на моем месте.

"Вам предложено принять задание "Глаза и уши Фирейры". Условие — помочь найти человека Себастьяна Фирейры, находящегося в команде капитана Дэйзи. Награды: 800 опыта; 500 золотых или 25 пиастров (на выбор); повышение вашей значимости в глазах капитана Дэйзи. Принять?"

Ну тут хочу не хочу… Хотя забавный оборот речи "Повышение вашей значимости". Это билет в ближний круг, что ли?

— Капитан, на самом деле тут все несложно. — Я вздохнул. — Сколько человек знали о вашем плане посетить соседний остров? Я имею в виду: знали заранее. Команду бригантины мы сразу исключаем, они бы просто не успели никому ничего сообщить.

— Тревис, Юнион Джек, Окунь, — начала отгибать пальцы Дэйзи, — еще Хромой и…

Она посидела немного, размышляя и уставившись куда-то на дно лодки, после подняла голову и сказала:

— Девять. Девять человек.

— Вот! — Я шмыгнул носом. — А сколько из них потом исчезли из поля твоего зрения, ну так, чтобы ты их до отплытия не видела?

Дэйзи опять задумалась, на этот раз надолго, причем настолько, что когда она встрепенулась, приближающийся остров был виден достаточно детально.

— Трое, — уверенно сказала она. — Джек, Хромой и Биг Бен.

— Стало быть, кто-то из этих троих и есть крыса, — заверил я ее. — Из этих людей кто-то склонял тебя идти под дядюшку, или, может, из них кто-то какой ущерб понес из-за твоего прихода на место капитана?

— Биг Бен раньше квартирмейстером был, — дернула плечом Дэйзи. — Но он пьет здорово, я его на флагман боцманом перевела. Джек ко мне когда-то клеился, все пытался на спину уложить, я ему бедро кортиком пропорола — вроде отстал. А про Хромого вообще ничего не могу сказать, он еще с отцом плавал, с тех пор в совете и значится.

— Ну да. Тут у любого повод быть может, — задумался и я. — Ладно, выведем мы твою крысу на чистую воду, есть у меня мысль.

— Ну и хорошо. — Дэйзи заулыбалась. — Слушай, Хэг, а расскажи мне о твоем мире, ну, как там у вас, на Западе? Интересно же!

— Да не вопрос. — Я улыбнулся. — Как ты меня назвала?

— Хэг, — тряхнула головой Дэйзи. — Хейген — больно длинно выходит, а кличку тебе потом команда даст, даже не сомневайся. Ну так чего там у вас есть такое, чего у нас нет?

Я рассказывал Дэйзи о высоких горах Запада и подземельях под ними, о пустынях Востока и джунглях Юга, о королеве Анне и рыцарях, и сам поражался — это сколько же я всего за несколько месяцев успел повидать? Просперо тоже слушал, время от времени удивленно мыча. Рассказывал я долго, а когда остановился, были уже видны пальмы, которые росли недалеко от линии прибоя.

— Ишь ты… — Дэйзи покачала головой. — Недаром наши парни все время стремятся до ваших земель добраться, у вас там, судя по всему, есть чем поживиться.

— Ну да. — Я кивнул. — Но и клинки у тамошних жителей тоже острые, да и корабли у них есть. Те же морские короли, думаю, не хуже твоих головорезов будут.

— Ну не знаю. — Дэйзи ухмыльнулась. — Ты их и не видел еще, моих орлов. А вообще странно выходит — мы с тобой знакомы всего ничего, а я что-то с тобой откровенничаю, как старый корсар на исповеди в храме Одноногого.

— Что за Одноногий? — насторожился я. Да уж, слово "храм" в последнее время вызывает у меня живой и неподдельный интерес.

— Это наш бог, корсарский. — Личико Дэйзи изобразило что-то вроде вежливой скуки. — Многие в него верят, хотя я никогда не слышала, чтобы Окорок хоть кому-то в чем-то помог.

— Ничего не понял. Этот Одноногий — он действующее божество? Его видели, слышали?

— Как можно увидеть бога? — Дэйзи удивленно уставилась на меня. — Или услышать? Он просто есть ну, так говорят некоторые старики в Порт-Реале, где его храм стоит. Хотя я слышала и иное, мне говорили, что он ушел с другими богами в какие-то древние времена из этого мира, и все, что от него осталось, — это пара-тройка вещей, которые тогда же подевались невесть куда — костыль, треуголка, вроде еще подзорная труба. Но все равно в его храм народ захаживает, подношения отдают жрецам… Тем людям, кто послабее, всегда надо во что-то верить, в кого-то, кто сделает за них то, что они сами сделать не могут или не хотят. Потому что когда они окунутся в дерьмо из-за собственной лени и глупости, то смогут списать все свои беды на кого-то, кроме самих себя.

— Сколько тебе лет, капитан? — внезапно спросил у нее я.

— Двадцать. — Дэйзи сплюнула за борт. — Уже.

"Это что же у тебя такое в жизни-то было, что ты в двадцать лет как умудренный опытом старик рассуждаешь", — подумал я, а после сам себя же и одернул. Что заложили в программу, о том и рассуждает.