Читаем Файролл полностью

— Пожалеет, — заверил меня брат Херц. — Свою — точно. Просто, видно, уже чего-то придумал.

— Или с самого начала нам мозги вкручивал, — поддержал его брат Мих.

— Злые вы, — пожурил их Ромул. — Хорошо, что мой любимый предводитель не такой. Он добрый и справедливый, он мне за мое рвение потом еще право голоса на совете клана даст. И еще сделает одним из почетных служителей в храме Тиамат. И другим лидерам альянса меня присоветует, как…

— Много говоришь, — оборвал его речи я. — Я добрый, но при этом беспощадный. Иди и сделай то, что обещал, а там видно будет.

— Уже ушел, — бодро заявил Ромул, поставил на свой рабочий стол табличку с надписью "Буду через 15 минут или около того", махнул свитком портала и исчез во вспышке света. Без всякой верительной грамоты, заметим. Сдается мне, что не сильно она ему и нужна.

Установившуюся было тишину первым нарушил брат Мих.

— Как по мне, лучше всего этого поганца будет удавить, — сообщил он присутствующим. — После того, естественно, как он выполнит порученное. Слишком скользкий, веры ему напрочь нет.

— Я не сторонник поспешных решений, но тут соглашусь, — поддержал его коллега по цеху. — Тем более что он надумал подобраться к храму богини Тиамат, которая является приемной матерью нашей покровительницы. Ничего хорошего из этого не выйдет, уже поверь, мастер Хейген.

"Игрок Хейген, вы в очередной раз поставлены перед определенным нравственным выбором. Раньше или позже вам придется решать, как именно вы поступите с тем, кого когда-то приняли в свой клан. Да, возможно, этот человек не лучший из тех, кто встретился вам на безграничных пределах Файролла, но ведь и не худший.

Думайте, игрок Хейген, думайте. И помните о том, что ответ на поставленный вопрос все равно придется дать. И нести ответственность за то решение, которое вы примете".

Спасибо, добрая администрация. Вы тоже традиционно милы, ставя меня в подобное положение. Сказал бы, в какое именно, да уж не стану.

— Поживем — увидим, — буркнул я. — Пусть сначала вернется. Может, он такие вести принесет, что я его и без всякого повода придушу.

На этот раз дверь не скрипнула, а грохнула, и мы все увидели на пороге хранилища короля.

— Не соврала мне эта малахольная, — рыкнул он, входя внутрь. — Ты тут, брат, и это очень хорошо!

Видимо, он Сайрин имеет в виду. Нет-нет, она меня вовсе не заложила, ей такое и в голову не придет, просто натура у нее такая — она врать не любит. А может, и вовсе не умеет. И это хорошо, что на белом свете такие люди вообще еще водятся.

— Брат, это уже ни в какие ворота! — развел руки в стороны Лоссарнах. — Твоя дочь…

— Уже в курсе, — потупился я. — Ну не знаю я, что с ней делать. Может, ее в Леебе отправить? Под присмотр рыцарей? Вот только что мне господа счетоводы рассказали, что у них там комфортабельные казематы есть, со всеми удобствами и трехразовым питанием. Подержим ее там. Может, поумнеет?

— Не такие уж у нас там и хорошие казематы! — быстро переглянувшись, в один голос затараторили чернецы. — И места в них нет, все занято. На год вперед! И потом, она особа женского пола, а в тюремном блоке замка есть четкое ограничение — там можно находиться только мужчинам. И в самом замке тоже! Женщины, а также девушки могут посещать его только в дневные часы и только по четным числам. И не каждый месяц!

До чего дело дошло — эту оторву уже НПС боятся. Куда виртуальный мир катится?

— Никаких казематов! — опешил король. — Она все же твоя дочь, мне, значит, племянница. Что люди скажут?

— "Спасибо", — внезапно подал голос Назир. — "Спасибо" они скажут. И нарекут вас "Лоссарнах Благословенный", а после смерти придумают, что вас за добрые дела боги на небо забрали.

— И все равно так нельзя, — заупрямился король, после встрепенулся и добавил: — Но и так, как сейчас, нельзя! Моему сыну месяца нет, ему имя еще не дали. Пьянки по поводу рождения — и той не было!

— В смысле введения в клан и признания его наследником престола? — уточнил брат Херц.

— Ну да, — кивнул король. — А я как сказал? Да неважно. Он только плакать и писать пока умеет, а она его — под потолок. Брат мой, скажи, что у нее в голове творится?

— Не знаю. — Я почесал затылок. — Подозреваю, что она и сама на этот счет не очень осведомлена.