— Как же! — приподнял меня в воздух обрадованный слуга — Для тебя — да. Он мне давно сказал, что если ты снова придешь к дверям его дома, то встретить тебя как родного! Пошли скорей, порадуем хозяина!

Камень с души упал. Даже не камень — валун.

— Пошли — немедленно согласился я — Веди!

Глава седьмая

в которой речь идет о старых знакомых

Все тот же обычный коврик вознес нас на самую вершину башни, и я в очередной раз убедился, что волшебником быть выгодно. Ну, кто еще сделает себе подобие лифта в мире меча и магии? Да никто. А они — пожалуйста.

Бахрамиус по своему обыкновению возлежал на подушках и предавался томной лени, что еще раз подтверждало мою правоту. Вот я, воин, только и делаю, что землю ногами топчу, в поисках хлебушка насущного. А у мага и так все хорошо. Знай лежи и жди, пока все само к тебе придет.

И ведь приходит!

— Дорогой друг! — увидев меня, волшебник радостно распростер руки в стороны, при этом даже не подумав встать на ноги — Как я рад тебя видеть! В моем сердце распускаются розы! Ложись рядом!

Ох уж эти мне восточные штучки! Услышь такое кто посторонний, невесть что подумал бы. И объясняй потом, что никакого такого второго смысла в этом предложении нет. И первого тоже. У местных богатеев большая часть жизни проходит в положении "лежа". Нет на местном Востоке стульев.

Ложиться я не стал, присел на одну из подушек, сложив ноги по-турецки.

— Щербета? — радушно предложил волшебник, и кувшин с затейливой чеканкой на боках, стоящий на низеньком столике, забрякал крышкой — Или же желаешь зеленого чаю? В столь жаркий день он и полезен, и приятен.

— Яду бы — не стал кривить душой я — По нынешним делам, он самое то. Хорошего, покрепче.

— Вижу, тебя что-то гнетет — поцокал языком Бахрамиус — Поделись со мной своими печалями. Может, я смогу чем-то помочь?

— Не стану врать — с тем и пришел — не стал чиниться я — Ты моя последняя надежда, великий маг. И я очень рад, что застал тебя здесь. Если честно, опасался, что ты уже отправился к нашему повелителю, где занял приличествующее тебе место близ его черного трона. Где-то по правую руку.

— Хотел — посерьезнел волшебник — Собрался уж. Но мне было велено пока ждать здесь. Чего именно ждать, он не сказал, но это и не столь важно. Знаешь, воин, я со времен учебы никогда ничьим приказам не подчинялся, всегда поступая так, как хотелось мне самому. Он — первый человек за много десятилетий, пред чьей волей я склонился, потому любой его приказ для меня единственно верное решение. Сказано ждать — буду ждать. Тем более что дом есть дом, тут всяко лучше, чем в гостях.

— Это да — согласился я — Тут и стены помогают. Так значит у тебя есть возможность говорить с ним?

Бахрамиус ничего мне на этот вопрос не ответил, изобразив ладонью правой руки некое волнистое движение. Мол — наука имеет много гитик.

— Там, рядом с ним, обретается некое…эээээ — я задумался, как бы так охарактеризовать Барона. Существо? Если до моего костлявого приятеля это слово дойдет, то он обидеться может. На бога же он пока не тянет. Ну да, многие его за такого держат, но все же для меня он пока не таков — Некая сущность. Она носит забавную шляпу, руководит мертвыми и постоянно жует орешки. Имя ей, точнее ему — Барон Сэмади.

— Я слышал про данное существо — заинтересовался Бахрамиус — Черный Отцеубийца, так его теперь зовут на темных путях. Многие из тех, кто умер, но продолжает жить, и ранее числили эту сущность своим повелителем, а после того, как сила Чемоша перешла в его душу, стали просто-таки рваться под его знамена. Еще знаю, что все силы Света пытались найти его и убить, пока он был на их землях, но этот Сэмади сумел уйти за Крисну, на земли нашего с тобой владыки, где был им обласкан и приближен к трону.

— И мне позарез надо с ним поговорить — подытожил я — Сил нет, как нужно. Но как до него достучаться, понятия не имею. Не поможете?

— Увы и ах — огладил бороду Бахрамиус — Как? Люди еще не придумали таких устройств, чтобы общаться друг с другом на расстоянии. Иногда повелитель приходит ко мне во снах, чтобы изречь очередное свое поведение, но это другое. Извини, друг мой, но тут я бессилен. Но если случиться так, что я все же покину свой дом и приду туда, куда рвется моя душа, то передам твою просьбу Черному Отцеубийце. Даю в том слово.

— Беда — загрустил я.

— А что он может такого, что не под силу мне? — уточнил маг — Расскажи о своих печалях. Видят небеса, я не последний из чародеев Раттермарка.

— Дорога между Дорог — не стал особо ломаться я — Мне надо попасть на нее, и кое-что там найти.