"Клан "Руби орков, мой топор" в очередной раз попытался взять штурмом дворец императора скелетов, что в Мирастии. Попытка вновь окончилась неудачей. Переправа через Крисну была ознаменована забавным происшествием. Два гнома в лодке, споря о том, кто первым сойдет на берег, раскачали ее до такой степени, что перевернули. Один из них был поднят на борт соседнего плавсредства, второй, по имени Партави, утонул. С учетом того, что смерть нашла его на самой середине Великой реки, его вещи, оставшиеся на месте гибели, достать со дна не представляется возможным. Особую скорбь пострадавший испытывает по костяной дощечке, располагавшейся на седалище, аргументируя это тем, что именно она придавала ему силы для борьбы со злом".

"В Монтриге был открыт новый ресторан, причем содержателями его являются игроки. В заведении под названием "Квартеронка" можно отведать блюда как эльфийской, так и гномьей кухни. Со слов владелицы ресторана, все рецепты блюд были добыты с большим трудом и потому уникальны".

"Очередная флотилия кораблей направилась к берегам Равенхольма. На этот раз счастье решили попытать кланы "Двери Света", "Двойные орлы" и "Ветер удачи". Мы будем внимательно следить за отважными мореплавателями и расскажем об их успехах или неудачах".

Глава 15,

в которой герой осознает, что у него есть проблемы, и успешно их решает

Очуметь, как болит голова. Ощущение такое, что в нее залезли два шустрых бурундука в пестрых рубашках и фигачат лапками по мозгам — один по левому полушарию, другой по правому. Бух-бух-бух. Бух-бух-бух.

Мне пришлось напрягать эти грохочущие мозги, поскольку надо было принять решение — полежать еще, мучаясь, страдая и надеясь на то, что эта боль пройдет, или собрать силы и попробовать доползти до кухни, где есть два верных друга — кран с холодной, освежающей, животворной и восхитительно пахнущей хлоркой водой и упаковка цитрамона, несущего облегчение.

Практичное начало в результате победило, и я сделал рывок, которым перевел верхнюю половину туловища в вертикальное положение.

К двум бурундукам добавились еще две мыши, начали долбить чуть потише и чуть пониже, а барабанная дробь переместилась и в уши. Надо было это дело как-то локализовать, и я опустил дрожащие ноги на пол и попытался на них встать.

— И мне попить принеси, пожалуйста, — раздался смутно знакомый мне тихий голос.

Я с трудом повернул звенящую голову и понял, почему голос тихий. Он шел из-под одеяла. Его краешек сдвинулся, пошел вниз, и из-под него высунулась растрепанная голова Вики.

— Пожа-а-алуйста, — протянула она, сонно моргая.

— Ага, — просипел я и зачем-то сдуру кивнул. Это я сделал зря, грохот барабанов в ушах усилился.

Хотя, выходит, явно не только это я сделал зря, и теперь с огромной долей вероятности эта пьянка мне может здорово выйти боком. Хотя еще есть надежда, что, может, ничего вовсе и не было. Отсутствие одежды совершенно не говорит о том, что…

Тут я наступил на очевидное резиновое доказательство того, что все мои только что приведенные доводы ошибочны и отсутствие одежды определенно не просто так. И все это в совокупности — явный признак наступающих проблем.

Я добрел до кухни и, открыв кран, влил в себя с литр воды. Закинул в рот три цитрамонины, залив их еще почти таким же объемом холодной воды. Это, конечно, так себе способ сбить лютый бодун, сейчас бы шулюма или хаша, или просто горячего бульончика, круто перченного. Но где их возьмешь-то? А чудо из-под одеяла вряд ли вообще умеет что-то готовить. Они, нынешние, на карьеру настроенные. И сами полуфабрикаты едят, и нашего брата ими травят…

Я налил ей воды в свою большую кружку и, выковыряв из упаковки пару таблеток, двинулся в комнату. Надо было в деталях понять, что же все-таки вчера было, как она оказалась в моей койке и какого черта я вообще мало чего помню. Вроде всегда в этом деле крепок был и провалами в памяти не страдал.

— На, — протянул я Вике кружку и таблетки.

Она повторила тот же маневр, что и я, — резким рывком села на диване (Ни фига себе. Я даже диван разложил. И ведь этого тоже не помню), вцепилась в кружку и начала жадно пить воду.

— Таблетки закинь, — посоветовал я сиплым голосом. Вика кивнула, цапнула цитрамон с моей ладони, кинула в рот и в три глотка прикончила кружку.