Читаем Exposure (ЛП) полностью

- Должно быть, что-то не в порядке с ее стилем, если им понадобилось так много времени, чтобы утрясти это дело.

- Возможно. Хочешь кофе?

Уф. Кофе? Мой желудок сегодня и так уже свернулся в трубочку, так что сейчас меньше всего хотелось бы кофе – оно может меня просто убить. Но возможно тут есть более подходящий напиток:

- Лучше шоколадное молоко.

- Надо же, какое совпадение – я как раз умею его готовить. Заходи и присаживайся в офисе босса, а я сейчас принесу.

Я прохожу в кабинет Келс, усаживаюсь на ее чудесном кожаном диванчике, вытягиваюсь и перекидываю ноги через подлокотник. Он намного комфортнее, чем тот, который был в Лос-Анджелесе. Надо же, я понятия не имела, как устала за сегодня. Ранний подъем с Келс был очень вдохновляющим, ничего не скажешь, но не способствовал сну. Хотя не сказала бы, что я была сильно против.

На секунду прикрываю глаза. Если полежу здесь еще некоторое время, то усну. Интересно, что я буду делать, когда Келс забеременеет и мне придется искать для нее деликатесы в любое время дня и ночи в течение долгих девяти месяцев?

- Держи, красавчик.

Открываю глаза – Брайан ставит передо мной большой стакан с шоколадным молоком на кофейный столик.

- Спасибо, - бормочу в ответ, присаживаюсь и потираю лицо руками.

- Можно задать вопрос?

- Ты уже это сделал, - это старый прикол, знаю, но не могу удержаться. Мне никогда не нравилось, когда вопрос начинался с таких слов – у меня возникало чувство, как будто меня собираются подставить. – Оставляю за собой право не отвечать на него.

- Как будто мне не приходилось слышать здесь и раньше - «без комментариев», - жалобно протягивает Брайан. Он усаживается рядом со мной и перекрещивает ноги. Заметив ниточку на брюках, аккуратно снимает ее.

Я делаю большой глоток. Черт, оно холодное. Слизываю молочные усы. Через несколько месяцев возможно мне придется слизывать совсем другое молоко.

- Я заметил фотографию Келси и Эрика Коллинза, - Брайан указывает на нее рукой, как будто я не в курсе, о чем он говорит.

- Угу, - киваю в ответ. Догадываюсь, какой вопрос последует за этим.

- Совершенно очевидно при виде вас обеих, что их отношения были притворством. Значит, Эрик был …, - замолкает он.

Это старый репортерский трюк, но я на него не ведусь.

- Он умер. Неужели теперь это важно?

- Нет, - соглашается Брайан, но затем продолжает, - в гей-среде о нем всегда ходили слухи. Мне просто интересно.

Так, Харпер, главное – держи себя в руках и не убей его на месте. Он же не знает, что Эрик значил для Келс. Что их любовь друг к другу не была притворством, просто они не спали вместе.

- Эрик был лучшим другом Келс, и его смерть очень сильно подкосила ее. Был он геем или нет - сейчас уже не имеет никакого значения. И для меня это вообще без разницы.

- Понятно, - судя по опущенным плечам, Брайан понимает, что его отшили. Он поднимается со стула и направляется к выходу из офиса.

Господи, у меня такое чувство, что я пнула беззащитного щенка.

- Брайан!

Он останавливается и оборачивается ко мне, готовый к последующей порке.

- Возможно, тебе удастся заполнить пустоту в сердце Келс, вызванную смертью Эрика, - тихо говорю ему. Только не заставляй меня растолковывать это все для тебя, мальчик.

- Обещаю, что сделаю все возможное для этого, красавчик.

Так, нам надо что-то делать с моим новым прозвищем. Но уже наверное в следующий раз.

Выходя из кабинета, Брайан издает возглас восхищения. Должно быть, вернулась моя девочка. Или же по холлу прошелся Брюс. Я тихо хихикаю про себя – интересно, как этот мачо воспринял бы такое?

Делаю еще один большой глоток молока, позволяя ему медленно течь по горлу, и в этот момент входит Келс.

Вам когда-нибудь приходилось фыркать шоколадным молоком через нос?

*

- Скажи, что тебе не нравится, и я снова отращу их, - не могу удержаться, чтобы еще раз не провести пальцами по волосам. Так непривычно, когда они останавливаются в основании шеи. Забавно, что укоротив прическу, можно полностью изменить всю внешность.

Я выхожу из ванной, помытая и расслабленная.

Харпер вытаскивает свою дорожную сумку и бросает ее на кровать. Она пожимает плечами и разворачивается ко мне.

- Детка, я не сказала, что мне не нравится. Я просто была слегка шокирована, вот и все.

- Ты уверена?

- Абсолютно. Солнышко, это же твои волосы, и если твой босс разрешил тебе их подстричь, не вижу никаких проблем.

- Но тебе нравится? – мне нужно знать ответ на этот вопрос. Она смотрит на меня долгим пристальным взглядом – я почти ощущаю, как ее глаза касаются каждого сантиметра кожи на моем теле.

- Ты бы понравилась мне даже лысой и одетой в мешок из дерюги, - наконец произносит она.

Хороший ответ, любимая.

- А босоногой и беременной?

Харпер смеется. Для нее это вообще-то нетипично. Обычно она слегка сдержанно посмеивается. Но сейчас это открытый искренний смех.

- Очень даже.

- Хорошо. Я решила, что если соберусь еще что-то менять, то сделаю все за один раз. Чтобы так сказать, раз и навсегда, - подмигиваю ей.