В 1920-е гг. Сталин, встревоженный привлекательностью сионизма для многих евреев страны, провозгласил создание «еврейской родины» на восточных окраинах Советского Союза, в районе Биробиджана. Этот район расположен в малопригодной для обитания области вблизи китайской границы. Однако советская пресса, захлебываясь от восторга, всячески превозносила товарища Сталина за то, что он пожаловал русским евреям «автономную область», которая теперь будет их собственным краем, где идиш станет официальным языком, а евреи смогут заняться крестьянским трудом. Тысячи советских евреев переселились в Биробиджан. Более удивительно, что так же поступили и около 1400 еврейских коммунистов из Соединенных Штатов и других западных стран.

В Биробиджане никогда не появилось значительной еврейской общины. Район слишком беден и изолирован от остального мира и в силу этого не мог привлечь значительное число переселенцев или удержать большинство тех, кто уже приехал сюда. Первым поселенцам приходилось строить для себя дома из того, что они находили в окрестных лесах. Вдобавок Биробиджан кишел насекомыми-паразитами, страдал от беспрерывных дождей, а эпизоотия уничтожила значительную часть поголовья лошадей. В первый же год после прибытия сюда (в 1928 г.) переселенцев свыше 60 процентов их вернулись обратно. Хотя советским правительством планировалось довести к 1933 г. еврейское население области до 50 тысяч человек, его численность достигла к этому времени лишь 8200 человек.

Однако на протяжении десятилетий советская власть поддерживала иллюзию того, что Биробиджан – альтернативная родина евреев. В городских школах продолжалось преподавание идиша. Когда в 1973 г. я посетил Хабаровск, расположенный менее чем в 200 км от Биробиджана, то в зале ожидания в аэропорту увидел газету на идише «Дер Биробиджанер штерн» («Звезда Биробиджана»). Хотя мои познания в идише слабы, я быстро понял, что эта газета фактически воспроизводит на идише «Правду» или «Известия», подобно тому как сам Биробиджан никогда не был ни чем иным, как «идишеязычной» частью Советского Союза. Неудивительно, что лишь немногие евреи, испытывавшие влечение к сионизму, были отвлечены от своих грез о Стране Израиля предложенной им «еврейской автономной областью» Биробиджан.

229. Дело врачей (1953)

Незадолго до своей смерти 5 марта 1953 г. Сталин обвинил девять врачей (из них шестеро были евреями) в заговоре с целью отравить и убить советское руководство. Невиновные люди были арестованы и по личному указанию Сталина подвергнуты пыткам, чтобы добиться от них признания. «Бейте, бейте и снова бейте», – приказывал Сталин следователям.

Несчастным врачам повезло лишь в сравнении с остальными миллионами сталинских жертв. Диктатор умер за несколько дней до того, как должен был начаться судебный процесс над ними. Спустя месяц «Правда» сообщила, что врачи невиновны и выпущены из тюрьмы. Впоследствии стало известно, что после формального судебного процесса и осуждения обвиняемых Сталин намеревался организовать по всей стране погромы, за которыми должно было последовать публичное обращение к нему видных представителей советской еврейской общины с просьбой защитить евреев, отправив их всех на жительство в Сибирь. Кстати, к моменту смерти Сталина это якобы добровольное обращение уже было написано и подписано теми, кого вынудили сделать это.

Обвиняя еврейских врачей в том, что они – отравители, Сталин лишь возродил ту клевету, к которой широко прибегали средневековые антисемиты. Наиболее известный случай распространения клеветы о «евреях-отравителях» произошел в XIV в., когда их обвиняли в том, что они, отравив колодцы в Европе, вызвали губительное шествие чумы. Помимо евреев, погибших от чумы, еще тысячи были убиты во время погромов, спровоцированных этими обвинениями. В 1610 г. медицинский факультет Венского университета официально заявил, что еврейский закон предписывает врачам убивать одного из десяти их христианских пациентов. Можно лишь полюбопытствовать, что еще входило, по мнению венских медиков, в обязанности врача-еврея по отношению к остальным девяти пациентам!

Хотя можно было предположить, что все евреи после смерти Сталина вздохнут с чувством огромного облегчения, в действительности нашлось немало советских евреев, которые испытывали глубокое горе вместе со всей страной. Еще более странным было то, что Ирвин Стоун, известный в США левый писатель-еврей, обрушился на президента Эйзенхауэра за то, что его послание с выражением соболезнования по поводу кончины этого убийцы было слишком сдержанным.

230. Празднование советскими евреями Симхат-Тора