Читаем Эволюция войн полностью

У американских индейцев неразвитая регулятивная система. У тенов никогда не было вождей; знахарь был единственным человеком в племени, чей авторитет признавался всеми без исключения. У племен Британской Колумбии мерилом авторитета и престижа были возраст и богатство. Однако в целом люди могли спокойно заниматься своими делами. Вождь был скорее отцом, нежели правителем племени. Его влияние зависело от его личных качеств, и он не мог руководить боевыми действиями, если сам не был выдающимся воином. У индейцев бассейна реки Колумбия, живших далеко от океана, единственно реальной властью обладал только военный вождь, и то только тогда, когда племя находилось в состоянии войны. У жителей Калифорнии в мирное время не было реальной формы правления, во время войны они подчинялись храбрейшему воину. У дакотов, навахов и ирокезов не было племенных вождей. Обычно все племя объявляло войну, а непосредственно в военных действиях участвовали только добровольцы. Ни у военного вождя, ни у старейшины (сашема) не было реальной власти.

У индейцев бороро (Южная Америка) право стать вождем было связано с умением кандидата петь. У гуарани в мирное время не было вождя, во время войны они следовали за самым лучшим воином. Индейцы ленгуа (Парагвай) имели так называемых вождей, но правильнее их было называть «отцами семейства». У них не было в руках серьезной власти; а в своих поступках люди в основном руководствовались общественным мнением. Абиноны (Парагвай) были поделены на орды, в каждой из которых власть принадлежала вождю – но только в период войны. Основой общественной и политической жизни у арауканов была семья; глава семьи управлял кланом, а вождь управлял племенем. «Не существовало политических организаций в сегодняшнем понимании этого слова; и арауканы не признавали власти верховного вождя, за исключением моментов, когда их земля была в опасности. И даже тогда вождя выбирали всем племенем и повиновались ему только в военных вопросах. Когда опасность исчезала, они возвращались к своим прежним обычаям, а вождь терял свои полномочия, как только распускалось войско». У жителей Патагонии и всех кочевых племен пампасов (пампа – южноамериканская в Аргентине и Уругвае субтропическая степь) существовали простейшие формы правления. Перед началом военной операции они собирались на совет и избирали вождя. Единственным ограничением личной свободы была необходимость подчинения избранному вождю. У огнеземельцев, которые жили небольшими ордами, ни при каких обстоятельствах не было организованного правительства, хотя слово старейшины было законом для молодых. У них не существовало расслоения общества на классы, за исключением старейшинства, мерилом которого были возраст, мудрость и храбрость.

Среди более развитых народов у иранцев существовала патриархальная система, при которой глава семьи был вождем, а главы районов вели армии вперед во время войны. У народов, говорящих на арийских языках (т. е. индоевропейской языковой семьи. – Ред.), самые ранние формы правления также основывались на структуре семьи. Сегодня восточноевропейские общины (т. е. русские, в основном сохранившие древние индоевропейские формы народовластия. – Ред.) можно рассматривать как зародыш политической власти, причем вождь избирался из глав семейств. Старейшины всегда пользовались уважением, но во время войны власть сосредотачивалась в руках храбрейшего воина. Во времена Тацита (I – II вв.) германцы, как и американские индейцы, имели вождя на мирное время и вождя на время войны. И в современной и в древней Аравии «право человека на свободу мысли, поступков ничем не ограничивается» – но это правило не действует во время войны. И сегодня бедуины и другие арабские народы являются свободными: «Свобода и независимость отдельного человека у них практически граничит с анархией». У каждого племени есть свой шейх. Но он не имеет реальной власти над людьми своего племени; он пытается поддержать свое положение своим богатством, талантами, мужеством и т. д. Точно так же независимы и демократичны берберы, а вот тюрки, как считается, до сих пор не имеют верховного правления и существуют на принципах всеобщего равенства.

М. ОБЪЯВЛЕНИЕ ВОЙНЫ

Перейти на страницу:

Все книги серии Хроники военных сражений

Похожие книги

Спецназ
Спецназ

Части специального назначения (СпН) советской военной разведки были одним из самых главных военных секретов Советского Союза. По замыслу советского командования эти части должны были играть ключевую роль в грядущей ядерной войне со странами Запада, и именно поэтому даже сам факт их существования тщательно скрывался. Выполняя разведывательные и диверсионные операции в тылу противника накануне войны и в первые ее часы и дни, части и соединения СпН должны были обеспечить успех наступательных операций вооруженных сил Советского Союза и его союзников, обрушившихся на врага всей своей мощью. Вы узнаете:  Как и зачем в Советской Армии были созданы части специального назначения и какие задачи они решали. • Кого и как отбирали для службы в частях СпН и как проходила боевая подготовка солдат, сержантов и офицеров СпН. • Как советское командование планировало использовать части и соединения СпН в грядущей войне со странами Запада. • Предшественники частей и соединений СпН: от «отборных юношей» Томаса Мора до гвардейских минеров Красной Армии. • Части и соединения СпН советской военной разведки в 1950-х — 1970-х годах: организационная структура, оружие, тактика, агентура, управление и взаимодействие. «Спецназ» — прекрасное дополнение к книгам Виктора Суворова «Советская военная разведка» и «Аквариум», увлекательное чтение для каждого, кто интересуется историей советских спецслужб.

Виктор Суворов

Документальная литература
10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)
10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)

[b]Организация ИГИЛ запрещена на территории РФ.[/b]Эта книга – шокирующий рассказ о десяти днях, проведенных немецким журналистом на территории, захваченной запрещенной в России террористической организацией «Исламское государство» (ИГИЛ, ИГ). Юрген Тоденхёфер стал первым западным журналистом, сумевшим выбраться оттуда живым. Все это время он буквально ходил по лезвию ножа, общаясь с боевиками, «чиновниками» и местным населением, скрываясь от американских беспилотников и бомб…С предельной честностью и беспристрастностью автор анализирует идеологию террористов. Составив психологические портреты боевиков, он выясняет, что заставило всех этих людей оставить семью, приличную работу, всю свою прежнюю жизнь – чтобы стать врагами человечества.

Юрген Тоденхёфер

Документальная литература / Публицистика / Документальное