Эверетт с трудом встал на ноги. Никогда в жизни ему не было так больно, даже когда игроки другой команды исподтишка мутузили вратаря, пользуясь тем, что судья смотрел в другую сторону. Он казался себе солдатом на войне. Впрочем, так оно и было. Он на войне, и война продолжается. Теперь ему, и всем, кого он любил, всех, с кем сведет его жизнь, предстоит война до победы. Пятнадцать дней прошло с тех пор, как пропал Теджендра, всего пятнадцать дней, а он уже так устал.

— Я не владею этой технологией, Макхинлит не владеет. Мы должны вернуть прыгольвер туда, где его изготовили.

— Куда, мистер Сингх?

— В один из девяти миров Пленитуды.

Капитан Анастасия кивнула.

— Я не уверен…

Капитан Анастасия подняла бровь.

— Я думаю… мне кажется… я убежден, что прыгольвер изобрели в мире, который вы называете Земля-1.

Никто не вскрикнул, не отпрянул в ужасе, не вскинул рук. Шок ощущался в воздухе, словно электричество, словно перемена погоды.

— Земля-1 на карантине, — сказала капитан Анастасия. — Неотменяемом.

— Мы должны туда попасть!

— От чумы, от мора, глада нас спаси и сохрани, — пробормотала Сен. Сжав колоду в ладони, она приложила ее к сердцу.

— «И пошлю на вас голод и лютых зверей, и обесчадят тебя; и язва и кровь пройдет по тебе, и меч наведу на тебя», — отозвался Шарки.

— Все перемещения между остальными мирами и Землей-1 приостановлены пятнадцать лет назад, — сказала капитан Анастасия. — Портал Гейзенберга запечатан. Никто не знает почему. Вероятно, опасность и впрямь велика, если они держат на карантине целый мир. А вы предлагаете отправить туда мой корабль, мою команду и мою дочь?

— Да, — ответил Эверетт Сингх.

Больше вопросов не последовало.

Он и так уже потребовал слишком многого от капитана и ее команды, а конца испытаниям не предвиделось. Эверетт понимал, что в глубине души капитан Анастасия его поддерживает: единственный способ покончить с этим — пройти весь путь до конца.

— В любом случае, здесь оставаться больше нельзя, — сказала капитан Анастасия. — Мистер Сингх, уберите нас отсюда. Мистер Макхинлит, — обратилась она к механику в неповрежденный микрон, — готовьтесь к перемещению. Мистер Сингх, все в ваших руках.

Эверетт открыл Инфундибулум. Найти ту же точку на Земле-1 — футбольный стадион Уайт-харт-лейн — было нетрудно. Он перетащил координаты в контроллер. Панель загорелась зеленым. Эверетт нажал на кнопку и сказал:

— Вууум.

12

На улицах Лондона стояла тишина. Тишина висела над Клэптон-коммон и Парк-мэнор, прерываемая лишь вороньей перебранкой.

Вопль сцепившихся котов со стороны Уингейт-эстейт оглушал, словно выстрел. Ворковали голуби, где-то совсем по-волчьи завывали псы. Ни уханья басов из кабин тюнингованных тачек на Стерлинг-вэй, ни рева реактивных самолетов, взлетающих из Хитроу или Сильвертауна. Закатное небо отливало январской синевой. Ни следа от реактивного самолета, ни единого движения ни на небе, ни на земле.

Сен крутила латунный трэкболл, направляя уцелевший дрон к Стэмфорд-хилл. Буддлея заполонила канавы и плоские крыши — лес высохших веток и порыжевшие сиреневые метелки. Буйные травы пробивались сквозь трещины в асфальте, корни деревьев корежили камни мостовой. Обломки усеивали тротуар; осколки вывесок; груды битого стекла. Витрины напоминали пустые глазницы скелета. Окна припаркованных машин покрывали мелкие трещины, обивка кресел позеленела.

Сен коротко вскрикнула и пустила дрон в свободный полет. Ее внимание привлек странный отблеск. Посреди улицы, нелепо выгнув руку, словно жертва убийцы, лежала кукла. От дождей ее синтетические волосы спутались, но хуже всего были глаза. В них застыла черная пустота.

«И тебя когда-то любили», — подумал Эверетт.

Из одной проекции в другую, из одного мира — в другой, из точки в точку. Географически «Эвернесс» возникла в тех же координатах другого мира: в ста метрах над Уайт-харт-лейн, но как же отличались эти два стадиона! Здесь крыша над трибунами просела, а местами провалилась. Один из прожекторов рухнул. На поле буйно разрослись травы и кусты всепроникающей буддлеи, среди зелени кое-где еще мелькала разметка. Сетка ворот порвалась, на перекладинах сидели вороны. Мертвый стадион в мертвом городе.

— Вызываю Лондон, вызываю Лондон, — повторял Шарки снова и снова. — «И сказал я: надолго ли, Господи? Он сказал: доколе не опустеют города, и останутся без жителей, и домы без людей, и доколе земля эта совсем не опустеет».

Капитан Анастасия отошла к большому обзорному окну и долго стояла, сцепив руки за спиной. Пустые улицы, пустые автомобили, пустые дома. Пустой город.

— Завтра, — наконец, решила она. — Никто не станет искать нас здесь, так что мы можем позволить себе выспаться. Всем марш в лэтти. Оставим загадки на утро.