Читаем Эвакуатор полностью

– Это у нас есть фрукт такой, – объяснил эвакуатор. – Он растет на полом черенке, черенок вставляешь в специальное отверстие на фрукте, как соломинку, и можно пить. А можно сок выкачать и взять с собой. Он и без консервантов не скиснет. Оказывает очень благотворное действие, любимый напиток всех космолетчиков. У нас там такие фрукты, вообще! Больше трехсот видов, гораздо шире флора, чем на Земле. Есть соленые, сладкие, кислые, есть со вкусом мяса, есть такие, что прямо как соленые огурцы.

Все с удовольствием потягивали вязкий вишневый сироп.

– Вы пейте, – заботливо приговаривал Игорь, – у меня еще много.

Он, кажется, чувствовал некоторую неловкость перед этими землянами, из которых доброжелателен по-настоящему был только дядя Боря. Ну и Катька, естественно, – но она чего-то боялась. С каждым глотком сока в нее все глубже вползала непонятная тревога.

– Тыун кыун, – строго заметил Лынгун.

– Да, лучше пристегнуться, – кивнул Игорь. – Сейчас начнется невесомость. – Он посмотрел на часы. – Через минуту где-то. Если потом захотите поплавать по кают-компании – пожалуйста. Но с непривычки не очень удобно, надо научиться скорость рассчитывать, и вообще…

Все поспешно пристегнулись.

Внезапно бокал выплыл у Катьки из руки и повис в воздухе. Она потянула его за ножку, но остаток напитка, скатавшись в небольшие шары, выплыл из бокала и блестящей вереницей поплыл по кают-компании. Катька по земной привычке – это она одна такая или все-таки подобные неловкости случаются иногда у всех? – быстро огляделась: почти все упустили свои напитки и теперь в легком недоумении парили над креслами, удерживаемые ремнями. Лица у всех покраснели – то ли от сока, то ли от энергетических сухих шариков, тоже плававших теперь по всей лейке, то ли от невесомости, от которой, говорят, в первый момент сильно поднимается давление.

– Ничего страшного, – сказал Игорь. – Чувствуйте себя как дома. Как чуть-чуть привыкнете, можно будет отстегиваться.

В эту секунду чеченка Майнат нехорошо засмеялась и сверкающими глазами обвела присутствующих.

– Аллах акбар! – воскликнула она.

Все обернулись к ней и от неожиданности, кажется, даже плюхнулись на кресла, невзирая на невесомость. Только Подуша продолжала смеяться хрустальным смехом и все ловила блестящие шарики.

– Ну что, русские свиньи?! – торжествующе говорила Майнат, бешено стиснув подлокотники кресла. – Вы думали, что сбежали? Как бы не так! Вам осталось пять минут ровно!

Катька с мольбой взглянула на Игоря. Он был совершенно спокоен – эвакуаторы вообще отлично владеют собой – и только кусал губы. Господи, подумала Катька, бедный, бедный! Добрый, несчастный! Как же страшно я ему все испортила. Кого я ему привезла. Он тут сок наливал, про вишню рассказывал… Почему-то мучительней всего было думать про то, как он наливал сок. Специально налил, а потом вернулся в кабину, чтобы поэффектней появиться. Эта забота о тысяче милых мелочей была особенно невыносима на фоне нынешнего сюрприза. И ведь я знала, подумала Катька. С самого начала все знала. Неужели он ничего не сможет сделать?!

– Свиньи! – продолжала между тем Майнат. – Знаете, кто я такая? Я сама Черная Фатима! Я ехала в вашу Москву, чтобы привести в действие всю систему! Триста наших лучших девушек, сестры и возлюбленные полевых командиров, готовились уничтожить себя по моему сигналу! Но русские свиньи сами сожгли свой город, потому что у них и без нас все летело к черту! И тогда я решила, что не дам уйти вам. Слышите? Я не дам уйти вам! Сейчас вы заплатите мне и моему народу за все, что сделали с моей гордой землей! Вы недостойны жить, и вы не будете жить! Аллах покарает неверных! Аллах акбар! Видите вы эти проводки? – Она пошарила у себя на животе; так вот почему она так осторожно двигалась! Вот тебе и отбитые внутренности; когда уже я перестану верить в этот правозащитный бред?! Теперь, видимо, никогда. – Это пояс Черной Фатимы! Сейчас осколки вашей вонючей еврейской лейки разлетятся в безвоздушном пространстве!

– Почему еврейской-то? – спросил Игорь.

Видимо, он решил заговаривать ей зубы; она, конечно, не пойдет на переговоры. В конце концов, что с них сейчас можно взять? Главное – не пустить ее на планету, потому что если она взорвется там – погибнут все встречающие… Все эти мысли проносились в Катькиной голове с небывалой скоростью: она совсем не боялась за себя, ей все казалось, что можно будет как-то прикрыть Подушу, она уже делала ей знаки, – но Игорь перехватил ее взгляд и покачал головой. Это значило, что рыпаться бесполезно.

– Аллах акбар! – крикнула Фатима в третий раз, изобразила на лице неземное блаженство, закатила глаза и соединила проводки.

Ничего не произошло.

Она лихорадочно тыкала одним проводком в другой, проверяла пояс, рычала сквозь зубы, но взрыва не было, а Игорь все продолжал смотреть на нее с живейшим интересом.

– Что ты сделал?! – оскалившись, крикнула она ему наконец, и Катька поняла, почему он кусал губы. Он изо всех сил старался не расхохотаться.

– Ты, еврейский специалист! Что ты такого натворил?