Читаем Ева для Инквизитора полностью

Ну и странные мысли приходят на фоне шока. Я перевернулась на бок и поняла, что плакать больше не хочется. Абби в меня верила. Наверное, единственная, кто верила, потому что немногие владелицы просто боялись и предпочитали вообще не думать про Орден. Как ребенок, который прячется от воображаемого монстра под одеялом и считает, что в безопасности.

А я вот монстров решила извести.

В эту ночь не засыпалось очень долго. Встреча с будущим членом Ордена не прошла бесследно. Стоило закрыть глаза, как сразу со всех сторон начинали чудиться шорохи, тихие шаги, дыхание. Я привставала, прислушивалась и обзывала себя параноиком. Потом опять ложилась, и все начиналось по новой. Пока измученный организм просто не отключился. И то ненадолго.

Я проснулась от непонятного толчка изнутри. Резко села и огляделась. Тишина, прерываемая сонным дыханием соседок по номеру. Провела рукой по взмокшему лбу: так, значит, голос Хана мне приснился. Он звал меня. Откуда-то издалека.

Я улеглась опять и постаралась расслабиться. До рассвета еще далеко, надо отдохнуть и набраться сил.

«Хан, я тебя ненавижу».

«Я мечтаю тебя увидеть снова».

«Я тебе лицо расцарапаю».

«Я безумно скучаю… безумно».

Постепенно перед глазами замелькали обрывки каких-то картинок, и удалось уснуть. Не знала я тогда, что буквально перед этим Хан проснулся оттого, что ему почудился мой голос.

Я этого, увы, не знала.

Абби пыталась узнать адрес ателье мадам Дамаль через один из архивов Парижа, где хранились данные обо всех частных лавочках с начала восемнадцатого века. Но почему она сомневалась в том, что он настоящий? Думала, что первая владелица и изготовительница вещей нарочно заметала следы, чтобы ее не обнаружил Орден? Возможно. Я хотела проверить, нет ли какого-нибудь предприятия, зарегистрированного на ее девичью фамилию. Или на нечто похожее.

Здание архива, куда я приехала ближе к обеду, выспавшись и как следует позавтракав, подавляло величием. Толстые каменные стены, каждая трещинка в которых просто излучала старину, остроконечные крыши и узкие высокие окна, больше похожие на бойницы. Судя по тому, что я нашла в Интернете, прежде это строение принадлежало какому-то военачальнику с фамилией де Лассье. Он выкупил участок земли у тамплиеров вместе со зданием. И что интересно, больше никаких сведений до времен Наполеона. Тогда здесь впервые решили сделать исторический архив, куда входил и перечень всех частных контор с кратким их описанием.

Записалась я заранее, по Интернету. Классная вещь, честное слово. Я безумно рада, что родилась в свой век, когда получить информацию очень просто. Главное — суметь ею правильно воспользоваться. Да и сама я могу быть не бесправным существом, а человеком со всеми правами и обязанностями.

И в таком цивилизованном мире сохранились остатки мракобесия в виде Ордена. Сжечь бы их напалмом, как тараканов.

Сжечь, ага. Я невесело усмехнулась, глядя в окно автобуса. Почему-то большое количество людей вокруг успокаивало. Как я сумела уже понять, мужчины Ордена предпочитали действовать скрытно и не привлекать к себе внимания. Так что толпа внушала пусть и крохотную, но безопасность. Тем более с утра мне пришла в голову просто ужасная мысль: любой водитель такси мог оказаться членом Ордена.

Вот так паранойя и рождается.

Потом я стояла перед зданием архива и смотрела на него. А прохожие обтекали меня со всех сторон, шли своей дорогой. Осень в Париже выдалась на удивление тихой и теплой. Сейчас старинные здания в этом районе и золотая листва вокруг смотрелись удивительно гармонично.

Рюкзак был со мной. Из вещей Дамаль, после размышлений, решила надеть только шляпку. Ни к чему светить внешность.

Если само здание дышало стариной, то внутри явно его сильно переделали и нашпиговали электроникой. Например, тяжелые двери открылись, стоило к ним подойти.

Внутри было прохладно и безвкусно. В смысле воздух ничем не пах. Просторный холл, круглый, с широкими лестницами, ведущими наверх, и просторной стойкой, на которой стояли обычные компьютеры. Вдоль стен, обитых деревянными панелями, — стеклянные шкафы со старинными документами. На небольших табличках можно было прочитать, какие бумаги к чему относятся. Люди здесь ходили тихо, говорили негромко, словно боялись спугнуть тонны накопленной в этом месте истории.

С интересом оглядываясь, я подошла к стойке. Три женщины среднего возраста. Доброжелательные и отзывчивые.

— Доброе утро, — проговорила я по-английски, и, к счастью, одна из них откликнулась.

— Доброе утро, мадемуазель, чем могу помочь?

— Я записывалась на просмотр документов. Алиса Шанталь.

Минута сосредоточенного изучения данных в компьютере, потом быстрая улыбка:

— Да, мадемуазель Шанталь, я вас вижу. Можно ваши документы?

Это пожалуйста. Мои поддельные документы идеальны, не зря я за них такую кучу денег вывалила.