Читаем Это вам, романтики ! полностью

Матрос еще какое-то время бурно реагировал на разговоры, в которых фигурировало слово "точить", а потом впал в другую крайность и сник, отказавшись от еды, даже забродивший томатный сок, выдаваемый по приказу свыше вместо тропиче- ского вина, пить отказался категорически. Помполит усмотрел в действиях матроса политический протест и потребовал провести судовое собрание, где выступали заранее подготовленные штатные ораторы с осуждением поведения матроса. Особый интерес представило выступление капитана, он был решительным и волевым, как на мостике, когда в сплошном тумане в гуще судов шел с тралом и без локатора. Кэп был краток: "С сегодняшнего дня запрещаю на пароходе, которым я командую, произносить слово "точить". Кто произнесет, будет немедленно списан". Капитан слов на ветер не бросал, и на следующее утро по судну был издан приказ. Его довели до каждого члена экипажа под роспись, а для общего обозрения вывесили на доску объявлений.

Приказ, как и выступление капитана, был краток и состоял всего из двух пунктов. В констатирующей части отмечалось, что появившееся в последнее время слово "точить" отрицательно влияет на политико-моральное состояние экипажа, выполнение планового задания по добыче и обработке рыбы, а также на выполнение принятых экипажем социалистических обязательств. Исходя из всего вышеуказанного капитан приказывал:

1. На БМРТ под моим командованием во всех относящихся к судну жилых, служебных и производственных помещениях ЗАПРЕЩАЮ произносить слово "точить".

2. За невыполнение настоящего приказа члены экипажа будут списаны с судна, а до появления оказии для отправки в порт приписки -- переведены в пассажиры и лишены премии за рейс.

Драконовский приказ капитана возымел действие, ведь премия составляла 40 процентов заработка. Про пилу и ее затачивание забыли, а у буфетчицы Эльвиры появились радужные надежды. Простая сельская девушка подалась в Атлантику, чтоб заработать, одеться и удачно выскочить "взамуж", как говорили у них в деревне. Замужество, как линия горизонта, не приближалось, а вот вроде как дело наклюнулось.

...Было, что рассказать ребятам, поработавшим на Дальнем Востоке. Теплоход "Алексей Чириков" выходил из Владивостока по линии на Охотск с грузом водки. На мостик вполз капитан, осмотрелся вокруг и спрашивает: "Кто у нас рулевой?"

-- Матрос первого класса Кузнецов, -- последовал четкий ответ.

-- Хер ты голландский, а не рулевой. Партия у нас рулевой, -- выдавил из себя капитан с трудом.

Выйдя из порта, капитан зашел в радиорубку и попросил радиста связаться с берегом. Радист начал вызывать береговую радиостанцию, а капитан стоял, опершись на плечи радиста руками. Из-за непрохождения радиоволн радисту связаться не удалось, а капитан, сжимая пальцами плечи радиста, спрашивал: "Связался?"

Когда радист окончательно понял, что связи не будет, он на очередной вопрос капитана ответил: "Связался".

С кем? -- обрадовано спросил капитан.

-- С тобой, мудаком, я связался...

В тот вечер нашей встречи было рассказано много интересных историй и выпито много. Были и песни. Казалось, что за столом сидят враз пополневшие, поседевшие и полысевшие курсанты второй "гвардейской" роты...

Шел 1992 год. После тяжелой семейной трагедии я оказался старшим "воротчиком" в воротах республики -- в торговом порту, который за несколько лет сменил много названий. В ту пору усиленными темпами шла "Расчистка площадки", и в зону действия этой зловещей метлы попадали, как правило, специалисты, закончившие престижные вузы бывшего Советского Союза. "Расчистка", как холера, выкосила из всех сфер производства профессионалов, против которых использовали прием, называемый в народе "фэйсом об тэйбл", что в переводе на русский язык означает: "мордой об стол".

Однако интеллектуального вакуума не возникло, и освободившиеся после вынужденного ухода рабочие места начали занимать беспомощные дилетанты. Стройными рядами и неорганизованной толпой на флот бросились, обгоняя друг друга, автомобилисты, ветеринары, историки, кондитеры, лесники, массажисты, посудомойки, прачки, таксисты и трактористы. Невольно вспоминается анекдот брежневских времен. В Кремль приходит человек:

-- Вам генсек нужен?

Ты что, больной или ничего не соображаешь?

-- А что, это обязательное условие?

В результате во многих руководящих креслах оказались люди совершенно некомпетентные, профессионально непригодные и творчески бесплодные, но не в меру самоуверенные и амбициозные.

С особо лютой жестокостью расправлялись с инженерами-эксплуатационниками водного транспорта, на которых организовали настоящую охоту. Этические нормы сдерживают меня от опубликования имен специалистов, ставших жертвами этой бестолковой акции. Тут ведь использовался партизанский лозунг: "Бей своих, чтоб чужие боялись!"

Вспоминается травля Тойво Ниннаса, когда ему в начальники отрядили невежественного в морских делах пастора. Что он мог посоветовать такому "зубру" эксплуатации флота, как Тойво Ниннас?