Читаем Это ты, Африка! полностью

Сегодня в контейнерном порту появилось два новых теплохода. И, о неожиданность — это оказались наши, русские люди!

Пароход с умным латинским названием «Sovgavan» (Совгавань) (флаг мальтийский, порт приписки — Valetta) шёл в Джидду, а затем — в Ходейду. Увы, и соотечественники переправить нас не могли, оправдывались строгими порядками в Саудовской Аравии. Эх, жаль, что не плыли они в нашу родную Sovgavan!

Другой пароход, и тоже с русской командой, также шёл в Джидду, а затем — в Акабу. И здесь неудача! И по той же причине.

Удивляясь на крутизну этой самой Джидды — ну прямо пуп земли! — мы вышли из порта. Неподалёку покачивались на воде три или четыре яхты. Володя с Андреем отправились узнавать сущность этих яхт, а мы с Костей — в северный порт. Изменений в нём не было видно, но мы хотели поговорить с теплоходом «Trust», идущим в Суэц (Костя уже готов был уплыть куда угодно, хоть в «нехороший» Египет, а остальные пока надеялись на Йемен).

В северный порт нас пускать опять не захотели, ссылаясь на то, что пропуск действует только до 17.00 каждого дня, а было уже 18.00. С большим скрипом удалось уговорить охранников, которые повели нас к своему начальнику, а тот спросил у другого начальника и т. д.. В общем, бюрократ — он и в Африке бюрократ. Через некоторое время всё же нам разрешили сходить на теплоход «Trust», но «секретный охранник» на велосипеде сопровождал нас, чтобы мы не заблудились в порту в темноте и куда-нибудь ненароком не уплыли.

Однако, все наши усилия имели небольшую отдачу. Сонные матросы «Trust'а» сослались на отсутствие капитана и посоветовали приходить завтра.

Было уже совсем по-судански поздно, машин на дороге, ведущей в город, не было видно. Мы побрели пешком, и нас нагнало вечернее такси.

— Мумкен бедуни фулюс (можно без денег)? — спросили мы по-арабски.

— Impossible (Невозможно), — ответил таксист по-английски.

Проехал два метра, передумал и открыл дверь: ладно, садитесь. Мы сели.

— Do you have nationality (Есть ли у вас национальность)? — спросил водитель. Мы улыбнулись. — Yes, конечно!

Когда мы с Костей пришли домой, мы обнаружили, что весь хлеб на вписке съеден. Базар был уже закрыт, и мы пошли на добычу хлеба при помощи науки.

Стучимся в ворота какого-то богатого дома. Открывает дядька. Мы ему:

— Салям алейкум! Ана сьяха мен руссия. Мумкен уахед хубз хадия?

(Здравствуйте. Я путешественник из России. Можно один хлеб в подарок?)

Молча ушёл в дом и через минуту вернулся с чёрным полиэтиленовым пакетом.

Оказалось — четыре хлеба и 6000 суданских фунтов. Ну и подарок!

Живём! Горячо поблагодарили щедрого хозяина дома и вернулись домой, удивляясь на все наши приключения.

Вечером пили чай с сахаром и хлебом и трепались. В очередной раз обсуждали слово «бахлюль». В Египте кто-то из нас, по-моему, Шулов, от кого-то узнал, что «клоун» по-арабски — «бахлюль». Мы пытались разгонять приставучих египтян разными выражениями, называя их бахлюлями и т. п., но слово не действовало. Вероятно, у нас было неверное произношение, или мы его не так записали… Позднее от обсуждения клоунов плавно перешли к В.И.Ленину.

— Вот было бы интересно, если бы Ленин взял себе фамилию не «Ленин», а «Клоун», — предположил кто-то. — Было бы учение марксизма-клоунизма. И город Питер назывался бы Клоунград. И на трассе было бы видно: номера 47RUS — клоунградская область.

Долго обсуждали вопрос возможного возвращения. Когда мы из России стартовали в великий путь, то даже и не знали, сколь загадочным может оказаться пароходство. Неудачи в Акабском порту насторожили нас, а сейчас перед нами уже реально замаячила возможность неуплытия. Что же тогда?

Случаи успешного морского гидростопа, известные нам, можно было пересчитать по пальцам. Три года назад я в паре с Андреем Винокуровым уплыл из Магадана в порт Ванино — но это были наши, российские порты. Семь лет назад петербуржцы Алексей Воров и Михаил Дуткевич, совершая кругосветное путешествие автостопом, пересекли по диагонали Атлантику — из Аргентины в Португалию — но это было наше, российское судно. Несколько десятилетий назад известный кришнаитский гуру Шрила Прабхупада уплыл на попутном судне из Бомбея в Нью-Йорк, но это был великий человек.

А вот нам в 1998 году в Бомбее фортуна не улыбнулась — в порт проходили легко, а суда шли всё не туда: то в Эмираты, то в Южную Африку, то на Цейлон.

Если мы не уплывём в Йемен за неделю-другую, нам придётся ехать обратно домой через Египет. Интересно, а дадут ли египтяне нам визу на въезде, на пароме в Асуан? Чтобы проверить это, мы решили завтра попросить Мохамед Тома позвонить в Хартум, в посольство Египта, чтобы точно разузнать этот вопрос.

14 апреля, среда.

К утру выключили электричество, затих вентилятор, и жара и мухи рано разбудили нас. Сходили на набережную — о радость! и в северном, и в южном порту стояли уже новые суда.

Но сначала нам нужно было навестить Мохамеда Тома.