Читаем Это моя собака! полностью

– Знаете, нисколько. У меня адская боль в пояснице.


***

Генрих вернулся домой один. На пороге его встретил Курт. Он увидел поводок, отсутствие собаки и заплакал, хотя до этого всеми силами хотел сдержаться.

– Дурак! Дурак! Зачем ты так сделал? – стуча кулачками по груди брата, кричал Курт. – И где твоя куртка? Всю кровью заляпал, да? Это же наша собачка! Наша Данке!

– Вот и будешь ходить к нашей Данке, я место нашел, – Генрих схватил Курта за руки и приподнял, как обычно он делал, что успокоить его. – Я все сам сделал, ты бы опять набедокурил. Пошли, там недалеко. Хоть каждый день там сиди, – он помолчал. – Кто-то ведь должен был это сделать.

– Я больше никогда не буду разговаривать. Ни с кем из вас! И вообще! Понятно тебе?

И Курт перестал говорить. Молча шел за Генрихом, стараясь не всхлипывать. Могилка Данке должна была находиться на пустыре, где они играли с Гансом и Йоахимом в войну.

Их шалашик. Рядом – разбитый ими лагерь и импровизированный штаб. В землю вбита по рукоятку лопатка. «Под ней Данке», – Курт остановился, как вкопанный и стал неотрывно смотреть на землю перед собой.

– Ты дурак, Курт, – сказал Генрих. – Если ты не будешь разговаривать, то как же ты ее позовешь? Ну, иди тогда ко мне!

И из шалашика, запинаясь об собственные лапы, выскочила старенькая, одноглазая, смешная помесь бигля и болонки с рыжим пятном на животе.


В оформлении обложки использована фотография с https://www.pinme.ru/pin/50328c1abf04703707000168/

Перейти на страницу:

Похожие книги

Земля
Земля

Михаил Елизаров – автор романов "Библиотекарь" (премия "Русский Букер"), "Pasternak" и "Мультики" (шорт-лист премии "Национальный бестселлер"), сборников рассказов "Ногти" (шорт-лист премии Андрея Белого), "Мы вышли покурить на 17 лет" (приз читательского голосования премии "НОС").Новый роман Михаила Елизарова "Земля" – первое масштабное осмысление "русского танатоса"."Как такового похоронного сленга нет. Есть вульгарный прозекторский жаргон. Там поступившего мотоциклиста глумливо величают «космонавтом», упавшего с высоты – «десантником», «акробатом» или «икаром», утопленника – «водолазом», «ихтиандром», «муму», погибшего в ДТП – «кеглей». Возможно, на каком-то кладбище табличку-времянку на могилу обзовут «лопатой», венок – «кустом», а землекопа – «кротом». Этот роман – история Крота" (Михаил Елизаров).Содержит нецензурную браньВ формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Михаил Юрьевич Елизаров

Современная русская и зарубежная проза
Единственный
Единственный

— Да что происходит? — бросила я, оглядываясь. — Кто они такие и зачем сюда пришли?— Тише ты, — шикнула на меня нянюшка, продолжая торопливо подталкивать. — Поймают. Будешь молить о смерти.Я нервно хихикнула. А вот выражение лица Ясмины выглядело на удивление хладнокровным, что невольно настораживало. Словно она была заранее готова к тому, что подобное может произойти.— Отец кому-то задолжал? Проиграл в казино? Война началась? Его сняли с должности? Поймали на взятке? — принялась перечислять самые безумные идеи, что только лезли в голову. — Кто эти люди и что они здесь делают? — повторила упрямо.— Это люди Валида аль-Алаби, — скривилась Ясмина, помолчала немного, а после выдала почти что контрольным мне в голову: — Свататься пришли.************По мотивам "Слово чести / Seref Sozu"В тексте есть:вынужденный брак, властный герой, свекромонстр

Эвелина Николаевна Пиженко , Мариэтта Сергеевна Шагинян , Александра Салиева , Любовь Михайловна Пушкарева , Кент Литл

Короткие любовные романы / Любовные романы / Современные любовные романы / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика