Читаем Это другое 3 полностью

— Нэна́выджу!!! Нэ... Ненавижу всех вас! Вы — спокойно себе жили, пока меня, свои же украв у родителей, как какое-то животное продавали чужакам, которые потом дрессировали меня для нового покупателя! Для этого мерзкого старикашки, для этого... покойника(словно выплюнув)! И никто! Никто не пришел! Никто не спас! Ни меня, ни Ольку, ни Динарку, ни Светку, ни Ирму! Какие же вы тогда мужчины, какие же вы, в жопу, свои? Нэна́выджу вас уси́х, по́кыдькы! Щоб вам пизна́ты всэ тэ, що нам на до́лю вы́пало! Гори́ть у пэ́кли! Сдо-охни-и-и-и!!!

— А я, блин, тут причём? — в отчаянии заорал в ответ судорожно защищающийся под градом весьма мощных ударов Силин, пусть и скрипя при всём при этом зубами всё ж пристыженный.

Ведь, пока тебя не коснется, проще закрыть глаза на нечто такое вот, неприглядное. Как удобно ведь сделать вид, что ничего такого нет, или, по крайней мере, что о таком не слышал. Не так ли?

— Умри же уже! Сдохни! Сдохни! — продолжала неистовствовать то и дело пикировавшая на в ответ закладывавшего крутые виражи противника стремительная Инна Марченко.

Чья личность, похоже, в данный момент превалировала над вселившейся в девушку Лой а Виг Унс Рив Кой Сэх Юне ни Муви. Как, впрочем, и планировал достопочтенный, пусть земля ему будет стекловатой, господин Цао. Ну а не выжил амбициозный старик лишь потому, что изрядно так просчитался, неверно оценив истинные эмоции и привязанности затаившей лютую злобу и всей душой ненавидевшей его одной из рабынь. Уже, как мы знаем, искушавшей то самое блюдо, коим принято смаковать холодным.

— Да отгребись ты от меня, больная! — с трудом отмахивался от наседающей сумасшедшей Силин.

Который, как бы ни был разжалоблен её выдавливающей слезу душещипательной историей, но, наплевав на всё своё человеколюбие, сейчас был готов хоть как-нибудь уже грохнуть эту вот прибабахнутую мстительницу всему и вся, без всяких там более сантиментов, и безжалостно задавив рвавшуюся было из груди пожалейку, что тяжелым комом чуть ранее поселилась там.

И вот, вдоволь, мягко говоря, уже налетавшемуся Силину, прежде чем проверенным способом задействовать свой артефакторский щуп да прекратить уже эту затянувшуюся драму, удалось улучить момент и наконец активировать Видение, чтобы элементарно знать куда бить, разглядев энергетику чуть отставшей и переводящей сейчас дух Лой а Виг ни Муви. Похоже, только что взявшей верх над не на шутку разошедшейся импульсивной Инной и, как видно, теперь приступившей к планированию своих действий, прежде чем творить какую-то дичь. Но открывшееся энергетическому взору озадаченного мага — было несколько неожиданным, ведь никакой особенной защиты от обезмагичивания, как ожидал, он не увидел.

Никакой тебе препятствующей откачке маны сферы, ограничивавшей бы некоторый участок магофона вокруг тела и ауры. Никакого дублирования или же особого строения энергошин, идущих от гигантского резерва-надстройки, который возвышался над этой самой аурой, к управляющему кольцу-артефакту и от него уже к прочим потребителям, что объяснило бы функционирование некоторого навесного в момент обезмагичивания. Никаких модификаций в самих этих вот артефактах, чем обосновывалась бы сохранившаяся их работоспособность даже без централизованной подачи маны. Ничего такого, в общем, не было. Всё стандартно и совсем как у прочих владетелей, благополучно себе погибших при тех же условиях.

Не исключено, конечно, что всякие там императорские прибамбасы и вправду были, но сейчас, после падения Лазоревой империи, спали. Вот только что-то подсказывало Силину, что именно огромный накопитель Круа в виде внушительной «гантели», коим теперь могла похвастаться воистину императрица, и который сейчас прям сочился во все стороны весьма насыщенной густой энергией, вовсе, к слову, не черного цвета, как у Хименес, а очень такого яркого фиолетового, даже с эдакой краснотой — как раз и был причиной неуязвимости голубоволоски перед обезмагичиванием. Не факт что полной неуязвимости, но определенно имевшей место быть.

— Хрен с тобой! Некогда разбираться, — спустя миг мимолетных размышлений, по итогам наблюдений стремительно пронесшихся в голове Силина, привычно хлестнул он рассекающей «насадкой» артефакторского щупа по жгуту от резерва к главному кольцу на большом левом пальце Лой. Но не тут-то было. — Да как так-то?!! Что, опять это другое, блин?

Ожидаемому разрушению энергошины внезапно воспрепятствовал тот самый, источаемый раздобревшей «гантелей» эдакий фиолетовый с краснотой туман, что ли, который дрожал или даже пульсировал вокруг тела прям, получается, на зависть энерговооруженной Марченко. Повторная попытка, причем даже по тому же самому месту энергожгута — также не дала результата. А потом и вовсе стало не до того, так как отдышавшаяся и наверняка спланировавшая теперь рисунок боя Лой взялась за дело всерьез, и от напористых да истеричных атак Инны этот вот «всерьез» весьма отличался.