Читаем Этичный убийца полностью

Бар располагался в длинной комнате с бетонным полом и стенами, сложенными из шлакобетонных блоков. На одной из стен висели часы с рекламой пива «Миллер», а рядом вспыхивала и гасла вывеска с надписью «Бадвайзер», возле которой красовалась реклама пива «Курс», изображавшая пухлых, полногрудых девиц. Стульев в комнате не было, одни только пластиковые столы и скамейки, а в дальнем углу стоял громоздкий старомодный музыкальный автомат — бывают такие, с закругленной крышкой. Ближе к пестро украшенной деревянной стойке находилось несколько бильярдных столов, которые явно содержались с особой заботой. Все они были заняты игроками. По моим представлениям, это означало только одно: в этом помещении в любую секунду могло оказаться восемь голодранцев с оружием наготове.

Мелфорд направился к стойке, за которую мы и сели. Он жестом подозвал бармена — дородного парня с длинными волосами, собранными в хвост; на вид ему можно было дать лет пятьдесят, но прожитых бурно: об этом свидетельствовали осунувшееся лицо и руки, покрытые множеством ожогов, — можно было подумать, что он ночь напролет подставлял свое тело какому-то маньяку, который тыкал в него зажженной сигаретой. Мелфорд заказал две бутылки светлого пива, которые бармен со скептическим видом тут же и бухнул перед нами на стойку. Я не мог оторвать взгляда от линялых синих татуировок, сползавших по его предплечьям, а он пялился на мой трикотажный галстук бирюзового цвета, и я мысленно проклял себя за то, что забыл его снять. За спиной у нас раздавался угрожающий треск ударяющихся друг о друга бильярдных шаров.

— Четыре доллара, — бросил бармен. — Жратву заказывать будете, пока кухня не закрылась? У нас тут отличные бургеры, но Томми, наш повар, минут через пятнадцать напьется до зеленых чертей и с плитой уже точно не справится.

— У тебя что, специальный таймер для него есть?

— А я по цвету лица вижу. Минут через пятнадцать он либо скопытится, либо забьется в угол и станет реветь как белуга. Одно из двух. Кстати, ставки еще принимаются.

— Я пока что пас. Надо сперва поближе познакомиться с Томми.

— Да, разумно. Хотя сегодня, держу пари, будут слезы. Так что, парни, гамбургеры будете?

Несмотря на события сегодняшнего дня, я вдруг понял, что голоден. Это был какой-то особый, опустошающий голод: мне казалось, что еще немного — и тело перестанет мне подчиняться.

— Я буду, — заявил я. — Не слишком сильно прожаренный.

— Тебе к нему картошку фри или луковые кольца? — спросил бармен.

— Луковые кольца.

— Только луковые кольца, — попросил Мелфорд, разглядывая этикетку на бутылке с пивом, которую держал в руках.

— Хорошо, значит, один гамбургер с кольцами и одни кольца.

— Нет, вообще без гамбургера, — остановил его Мелфорд. — Я не буду ничего, а молодому человеку принеси только луковые кольца. Лучше даже двойную порцию: по-моему, он проголодался.

Бармен склонился к нам поближе.

— Интересно, а с чего это ты решил, что знаешь, чего хочет твой приятель, лучше, чем он сам?

— А откуда ты знаешь, что твой повар сегодня будет плакать, а не отрубится?

Бармен склонил голову в знак согласия.

— Ладно, твоя взяла.

Мелфорд улыбнулся.

— Итак, луковые кольца. — И он положил на стойку пять долларов. — Сдачи не надо.

Бармен ответил ему легким наклоном головы.

— Я что же, должен питаться луковыми кольцами? — спросил я. — Это что, тоже часть тайного кода идеологии?

— Что-то вроде того. Если хочешь общаться со мной, тебе придется отказаться от мяса.

— Да не хочу я с тобой общаться! Я хочу, чтобы ты вообще исчез из моей жизни! Я хочу вычеркнуть из памяти весь сегодняшний день, и тебя вместе с ним. Я через силу с тобой общаюсь, а ты еще хочешь, чтобы я гамбургеров не ел?

— Послушай, я понимаю твои чувства, — сказал Мелфорд, — и поверь, я не обижаюсь. У тебя был очень тяжелый день.

— Ой, спасибо тебе за такое офигенное понимание!

Я отвернулся и глубоко вдохнул, чтобы успокоиться. Мне постоянно приходилось напоминать себе о том, что если Мелфорд сказал, будто Карен и Ублюдок заслужили такую смерть, это вовсе не значит, что они действительно ее заслужили. Так что лучше этого парня не злить, и я решил сменить тему разговора.

— Значит, я должен отказаться от мяса? Ты что, вегетарианец, что ли?

— Да, Лемюэл, совершенно верно. Из того факта, что я не ем мяса, ты сделал абсолютно справедливый вывод, что я вегетарианец. Знал бы ты, как этих животных мучают, сам бы перестал мясо есть. Но ты этого не знаешь. Может быть, тебе даже все равно. Поэтому я насильно заставляю тебя отказаться от мяса. Мы еще вернемся к этому разговору, и тогда ты сам все поймешь. А пока что просто бери с меня пример — следуй за мной по пути добра и морали.

— Ты что, собираешься меня морали учить?

— Выходит, что так. Забавно, правда?

— Никогда раньше не встречал вегетарианцев, — признался я. — Теперь ясно, почему ты такой тощий.