— Просто расскажи мне, что произошло.

— Жуткая штука, — сказал Финлей и умолк.

Это меня здорово встревожило. Моего брата убили выстрелами в голову. Два огромных выходных отверстия снесли ему лицо. После его тело превратили в мешок с пульпой. Но Финлей сохранил выдержку. Второго убитого обожрали крысы. В нем не осталось ни капли крови. Но Финлей и тут сохранил выдержку. Конечно, Хаббл был из местных жителей, так что его смерть была более болезненной, это я понимал. С другой стороны, до прошлой пятницы Финлей понятия не имел, кто такой Хаббл. А сейчас Финлей вел себя так, словно увидел привидение. Так что, похоже, картина была очень впечатляющей.

Из чего следовало, что в Маргрейве дела идут по-крупному. Потому что нет смысла устраивать зрелища, если не ставишь перед собой никакой цели. В первую очередь, угроза действует против того, кому она адресована. И она определенно подействовала на Хаббла. Он отнесся к ней очень серьезно. В этом и состоит цель угрозы. Но осуществить угрозу — уже совершенно другое. К тому, кому угроза была адресована, это уже не относится. Тут цель другая. Осуществление угрозы направлено не против того, кому она была адресована. Так делается предостережение следующему по списку. Его как бы предупреждают: «Видишь, что мы сделали с тем, кто нас ослушался? То же самое мы можем сделать и с тобой». Устроив зрелище из смерти Хаббла, кто-то непроизвольно выдал, что ставки в игре очень высоки, и есть следующие по списку, причем здесь, в Маргрейве.

— Финлей, расскажи, что произошло, — повторил я.

Он подался вперед. Закрыл лицо ладонями, шумно дыша сквозь пальцы.

— Хорошо, слушай. Это было ужасно. Одно из самых жутких зрелищ, какие мне только приходилось видеть. А мне пришлось повидать порядком, можешь поверить. Я много видел, но это было что-то. Он был раздет догола. Его прибили гвоздями к стене. Шестью или семью большими плотницкими гвоздями за руки и за ноги. Через мягкие ткани. Ступни прибили к полу. Затем ему отрезали гениталии. Просто отсекли. Повсюду кровь. Картина страшная, поверь мне. После чего ему перерезали горло. От уха до уха. Это сделали плохие люди, Ричер. Очень плохие люди. Хуже не бывает.

Я был оглушен. Финлей ждал, что я скажу. Я ничего не мог придумать. У меня из головы не выходила Чарли. Она спросит у меня, узнал ли я что-нибудь. Пусть к ней сначала отправляется Финлей. Едет прямо сейчас и сообщает о трагедии. Это его работа, не моя. Я понимал, почему Финлею не хочется это делать. Очень нелегко сообщать подобное известие. Очень нелегко обходить подробности. Но это его работа. Я поеду вместе с ним. Потому что я во всем виноват. И от этого никуда не деться.

— Да, — наконец сказал я. — Похоже, дело страшное.

Закинув голову назад, Финлей осмотрелся по сторонам. Выдохнул в потолок.

— Но это еще не самое страшное, — сказал он. — Ты бы видел, что сделали с его женой.

— С его женой? — встрепенулся я. — О ком ты, черт побери?

— О его жене, — повторил Финлей. — Там была настоящая бойня.

Мгновение я не мог вымолвить ни слова. Мир начал вращаться в обратную сторону.

— Но я же только что ее видел, — сказал я. — Двадцать минут назад. Она была жива и здорова. С ней ничего не случилось.

— Кого ты видел? — спросил Финлей.

— Чарли.

— Кто такая Чарли, черт побери?

— Чарли, — тупо повторил я. — Чарли Хаббл. Его жена. С ней все в порядке. Ее не тронули.

— А причем тут Хаббл? — удивился Финлей.

Я молча смотрел на него.

— О ком ты говорил? — наконец опомнился я. — Кого убили?

Финлей посмотрел на меня как на сумасшедшего.

— Я думал, ты знаешь. Начальника полиции Моррисона. Моррисона и его жену.

Глава 12

Я пристально смотрел на Финлея, пытаясь решить, насколько ему можно доверять. От этого решения зависела жизнь и смерть. В конце концов, я подумал, что мне поможет ответ Финлея на один простой вопрос.

— Теперь тебя сделают начальником полиции? — спросил я.

Финлей покачал головой.

— Нет. Ни за что.

— Ты в этом уверен?

— Абсолютно.

— Кто принимает решения?

— Мэр, — сказал Финлей. — Начальника полиции назначает мэр города. Он уже едет сюда. Некий тип по фамилии Тил. Он из какой-то старинной семьи. Его предок был железнодорожным королем, которому принадлежало все вокруг.

— Это тот самый, кому здесь стоят памятники? — спросил я.

Финлей кивнул.

— Каспар Тил, — подтвердил он. — Он был родоначальником. С тех пор Тилы постоянно играют в Маргрейве первые роли. Нынешний мэр, кажется, приходится Каспару Тилу праправнуком.

Я находился на минном поле. Мне нужно было найти безопасный путь.

— Что ты можешь рассказать про этого Тила? — спросил я.

Финлей пожал плечами. Попытался подобрать подходящие слова.

— Обычный осел-южанин, — сказал он. — Старинный род, испокон веку живут в Джорджии, возможно, несколько поколений ослов-южан. С незапамятных времен это семейство поставляет Маргрейву мэров. Смею предположить, этот ничуть не лучше и не хуже остальных.

— Как он отнесся к твоему сообщению? — спросил я. — Насчет Моррисона?

— Думаю, встревожился. Тил любит тишину и спокойствие.