— «Lancom» — моя любовь. Работая с ними, я чувствую себя настоящей, броскость — это не моё. А так по настроению. «Fabiana Filippi», «Valentino», к примеру, — это роскошь. У них на показе ты не походишь искрящейся позитивом. Концепция совершенно иная. Концентрация роскоши, богатства и высочайшего качества. Повестка дня меняется, ключевые ориентиры неизменными остаются. Такие вещи не для всех. Далеко не для всех. И ты это должен отразить. Должен стать чьей — то целью. Чтобы так же хотели. На таких показах образ продуман до мелочей. Ни одной лишней улыбки. С «Tom Ford» нужно источать сексуальность. По — разному, Жень, иногда просто на диване поваляться хочется, а не вот эти все платья, каблуки и прическа.

За этими разговорами и разбором собственных мыслей, не замечаю, как Саф завершает готовку.

Взяв из её рук тарелку, я случайно к ней прикасаюсь. Саф вздрагивает, тут же руку одергивая. Прячет её за спину. Спросить у неё, в чём дело не успеваю. Звонит её телефон, к которому она тут же несется.

— Да, Фил, я тебя слушаю, — слушает, правда, недолго. Спустя пару секунд вздыхает, поджимая уголок губ. — Конечно, я помню. Завтра вечером съемка для московского «Vogue». В Лондоне. Начало в восемь утра. Да помню я всё!

Саф почти что взрывается, но быстро берет себя в руки, глаза прикрывая.

— Без тебя разберусь, как досуг проводить. Хорошего тебе дня, милый, — скидывает вызов, в тот момент, когда из динамика продолжают доноситься слова. — Вот, о чем я вам и говорила. Сложно чувствовать себя взрослой самостоятельной девочкой, когда твой агент уверен, что мозгов у тебя, как у курочки и ты неспособна свой график запомнить, хотя он всегда у тебя под рукой в электронном виде, — поднимает телефон, прокручивая его в воздухе.

Неловкое молчание длится пару мгновений, после чего Женя поднимается на ноги и отодвигает стул, поблизости от себя.

— Что — то я на тебя засмотрелся и даже приборы не разложил. Садись, отдыхай. Я сейчас.

— Чувствуйте себя, как дома, — иронично прошу их, хоть и запоздало.

Не помню, когда я в последний раз отдыхал так. Не напрягаясь. Они легко поддерживают разговор и без моего участия. Походу Евгению нужен был лишь повод, чтобы подольше побыть с девушкой. Он рассказал, что Сафия у него уточнила, нет ли у него знакомого, с чьей фирмой она бы могла заключить договор на неограниченные сантехнические работы по дому. А лучше полный спектр услуг, чтобы в случае чего, её матери не приходилось искать мастеров самостоятельно. Отвратительный уровень надежности строительных бригад заставил её задуматься о таком, и, конечно же, наш рыцарь не смог отказать. Не удивлюсь, если он сам фирму откроет, лишь бы ей угодить. Мельтешит вокруг так, что аж тошно.

— Саф, а составите нам компанию на праздновании дня рождения этого переростка? — даже я замечаю, как искорки в его глазах пляшут, останавливая меня от хамства.

Какого хрена он зовет кого — то на моё день рождения? Особенно, учитывая, что праздновать его я не хочу.

Пока я думаю, как бы ему отомстить, планы меняются. Его мать сообщает, что малышка — Алёнка упала с самоката и кажется руку сломала. Кому — кому, а его дочке я точно зла не желал.

Наспех собираясь, Кретов уже на выходе интересуется:

— Сафий, точно ничего страшного, что домой тебя не отвезу?

Она отмахивается.

— Вызову такси. Не переживай. Помогу Сереже на кухне убрать и поеду домой. Здоровья малышке. Надеясь, всё обойдется.

— Никаких домой! Ты нам обещала. Ладно, я с дистанции сошел, но именинник — то остается, — подмигнув нам, он закрывает за собой дверь.

<p>Глава 33</p>

Глава 33

Сафия

Когда мне последний раз было так страшно и неловко? Наверное, в юности.

В семнадцать лет я последний раз испытывала беспокойство, боясь не оправдать возложенных на мои плечи ожиданий.

Сейчас ощущения схожие. Странные, очень давно забытые.

Хмуро смотрю на обшарпанное здание, в которое мне войти предстоит, и внутренне содрогаюсь. Оно олицетворяет всё то, от чего я с великой радостью убегала, как только появилась возможность. Моя нынешняя жизнь меня устраивает максимально возможным образом, а происходящее в данный момент организм отторгает.

Я, правда, собираюсь дать взятку?

Даже в моей голове это ужасно звучит.

Делаю шаг в сторону участка, прежде чем успеваю, как следует поразмыслить и речь подготовить. Асфальт влажный, на некоторых участках в свете уличных фонарей поблескивают лужи полные воды, собравшейся после дождя. Разглядываю их внимательно, стараясь отвлечься, да и провалиться каблуком не хотелось бы.

«Я справлюсь, — бормочу себе под нос. — Они всё поймут и войдут в положение».

Моим ожиданиям не суждено сбыться.

— Нет, девушка, так не положено, — блюститель порядка смотрит на меня так, словно я дура последняя, коей я себя и ощущаю сейчас.

— Я Вас очень прошу… — начинаю свою песню по новой.

До чего же унизительное занятие!

«О, об унижениях ты многое знаешь» — память учтиво подкидывает картинки из, прошлого и я внутренне содрогаюсь. Тот глумливый смех я никогда не забуду. Как бы далеко ни забралась, он всегда со мной.