Если женщина ждёт

1 глава

…Погода неистовствовала. «Небольшой дождь» по прогнозу превратился в настоящее стихийное бедствие. Люди бежали как угорелые мимо — кто куда, стремлясь попасть в укрытие. Кто-то садился в машину, кто-то заскакивал в здания ресторанов и магазинов, а кто-то в подъезды, явно радуясь тому, что скоро окажется дома. Потоки ледяной воды бежали под ногами, холодные струи хлестали сверху.

Лиле было всё равно. Она шла наобум, куда глаза глядят и будто не замечала всего происходящего вокруг. Жизнь перестала существовать сегодня и уже не имела никакого смысла. Пантелеева даже не чувствовала той самой страшной душевной боли, наверное, так привыкла к ней. Она лишь ощущала, что потеряла в этот день самое главное — надежду.

Человек, не утративший способности надеяться и верить, может сколько угодно перебороть и пережить, но справиться с бедами, горем, препятствиями. Выстоять и с надеждой в сердце — ожить.

Лилю уже ничто оживить не могло. Надежда иссякла за эти годы, а впереди маячило будущее. И девушка даже предположить не могла, каким страшным и одновременно счастливым оно для неё будет.

*** Несколько лет назад***

В просторной и светлой аудитории Санкт-Петербургского государственного академического института живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина было шумно. Студенты обсуждали возможные для себя перспективы попасть на практику в знаменитые музеи города на Неве. Будущих искусствоведов так волновал этот вопрос, что они устроили чуть ли не гадание на картах.

Лилия Неверова сидела тихонько на одном из верхних рядов и читала роман И. Стоуна «Муки и радости», радуясь и печалясь событиям в жизни знаменитого Микеланджело Буанаротти и нисколько не задумываясь о своей. В этот момент, её плеча слегка коснулась тёплая ладонь. Девушка повернула голову — Инга.

Инга Стриженова была её лучшей подругой. Яркая, интересная шатенка, с потрясающими миндалевидными глазами цвета горького шоколада, пухлыми, волнующими губами, красивыми чертами лица, великолепной фигурой и чарующим, грудным голосом привлекала внимание абсолютно всех парней института, но её сердце оставалось свободным, разбивая сердца других. Подруг у «блистательной стервы», как её окрестили сокурсницы тоже было немного, а точнее одна — Лилия Неверова.

Инга объясняла это просто: «Только ты, Лилька, сумела увидеть во мне не блистательную стерву, идущую наперекор судьбе, а нормального человека. Только ты со мной искренна и только ты со мной потому, что просто дружишь, а не чего-то хочешь».

А хотеть от Инги можно было многого, потому что у Стриженовой был состоятельный отец, обожавший своё чадо. Но девушка не любила говорить о родителе-благодетеле, ведь она была тем редким представителем обеспеченной молодёжи, кто хотел всего в жизни добиться сам. Лиля никогда не сомневалась, что у подруги это получится, потому что Инга, при всей своей журнальной внешности была умна, училась исключительно на «отлично» и исключительно без взяток преподавателям. Кроме того, Стриженова обладала огромной, несгибаемой волей, силой характера, мудростью и умением с достоинством выстоять перед любыми неприятностями.

— Привет, Лилия Владимировна!

Инга присела рядом, угомонив длинные ноги в коротком мини и усмехнувшись со взглядов сокурсников, прикованных к ним. Она привыкла к повышенному вниманию за годы обучения, как и к бесчисленным предложениям стать натурщицей, что категорически отказывалась делать, отлично понимая, чем может закончиться позирование молодым дарованиям. А «пустые романы» были не в её интересах.

— Привет, Инга Родионовна, привет! — мягко улыбнулась Лиля и обняла подругу.

— Ещё не начиналось?

— Нет, видишь же, наши ещё принимают ставки. — усмехнулась Неверова и кивнула на сокурсников.

— А, ну да. Как всегда балбесничают. — подтвердила Стриженова и, взяв зеркальце, поправила макияж, а затем попыталась уложить ладонью шикарную гриву тёмных волос — предмет её гордости и зависти других девушек. — А ты как всегда не в деле?

— Как и ты. Знаешь же, что мне без разницы куда направят. Искусство одинаково прекрасно и в Эрмитаже и…

— И в областном музее. — усмехнулась Инга. — Браво, эксперту Неверовой! — она шутливо похлопала в ладоши. — Но ты, вместе с тем, и отлично знаешь, что тебя как отличницу не пошлют в область ни под каким соусом.

— Инга, мне всё равно, правда. И потом, я бы не была так самоуверена. Ты же знаешь, что у нас есть те, кто под номером один. — убедительно напомнила Лиля.

— Ты хотела сказать, те, кто платят. — прямолинейно высказалась шатенка.

— В любом случае…

Неверова не успела договорить, так как в этот момент в аудиторию вошёл их куратор и все резко затихли.

— Не буду долго вас томить. — усмехнулся профессор Лебедев. — Я вижу, что вы все уже в нетерпении и измаялись. Итак, Измайлова, Августов, Тройкин, Виденев — Эрмитаж.

— Как неожиданно… — закатила глаза Инга.

— Чекарамит, Оленев, Димидова, Стриженова — Русский музей. — продолжил куратор.

— Поздравляю! — улыбнулась Лилия, взглянув на подругу.

— Спасибо! — подмигнула в ответ та.