Читаем Если честно полностью

✓ Она не хотела заставлять меня лицезреть ее неизбежную смерть от этого самого рака.

✓ Я раскритиковал аранжировку одной из ее песен.

✓ Она хотела снова поехать в семейный лагерь, а я – нет.

✓ Ей было грустно, и она не хотела ехать на свадьбу, приглашение на которую мы уже приняли, а я предложил поехать без нее, вместо того чтобы остаться дома и утешать ее.

✓ Она периодически влюблялась в других людей, а значит, мы не могли быть вместе.

✓ Я недостаточно ее ревновал.

✓ Я слишком рационально относился к ее влюбленностям.

✓ Когда мы смотрели «Непристойное предложение», я одобрил секс героини Дэми Мур с героем Роберта Редфорда за миллион долларов.

✓ Меня слишком мало пугала и печалила сама концепция смерти.

✓ Она отвратительно себя со мной вела и не хотела, чтобы я связывал свою жизнь с таким чудовищем, как она.

Все прощальные письма Евы я сохранял на память. Как-то раз я показал ей стопочку таких писем – там было штук десять или больше. Я пытался дать ей их в руки, но она отпиралась.

– Как много, – произнесла она в ужасе. – Я и не думала, что их так много.

– Кстати, они все практически идентичны, – сказал я. – Словно копии одного и того же письма.

Ева подавленно смотрела в пол, сцепив свои маленькие руки.

– Каждый раз, когда я тебя бросаю, ощущения такие же, как в первый.

Как-то Ева поехала на выходных в Бостон к семье, а я пригласил пару наших общих друзей к себе на просмотр третьей части «Кошмара на улице Вязов». Когда все собрались, я явственно почувствовал в воздухе гнетущее напряжение и спросил, все ли в порядке.

– Ты сам-то в порядке? – спросил один из них.

– Да, – ответил я. – С чего мне не быть в порядке?

– Мы вчера видели Еву, – сказал он. – Она говорит, что вы расстались, и мы подумали, что ты потому нас и пригласил.

Я тяжело вздохнул.

– Так, ладно, подождите секунду.

Я прямо при них достал телефон и позвонил Еве[76]. Я совершенно не был уверен в том, что она снимет трубку, но в тот раз она все же ответила.

– Ой, прости, – сказала она, – вчера я натолкнулась на ребят по дороге к автобусной остановке и так была зла на тебя, что сказала им, что мы расстались. Потом мне полегчало, и я решила, что мы не расстаемся, а им я об этом сказать забыла, – Ева вздохнула. – Какая же я дура. Можешь, пожалуйста, передать им мои извинения за ложную тревогу?

Повесив трубку, я обернулся к друзьям.

– Все в порядке, – сказал я. – У нее, видимо, просто было плохое настроение. Она просила передать извинения за ложную тревогу.

Я явственно чувствовал, что мне никто не поверил.

Пару месяцев спустя, вернувшись из очередной поездки к своей семье, Ева заявила мне, что сняла в Бостоне квартиру и больше не вернется, что между нами все кончено. Уже ставшего привычным письма с признанием в любви не было – в тот раз она просто села за наш рукодельный стол и холодно потребовала, чтобы я позвонил своим родителям и сообщил им, что мы расстались.

– Но ты ведь снова передумаешь, – возразил я.

– Я уезжаю в Бостон, – ответила она. – Смирись с этим.

– Они очень расстроятся, – сказал я. – Ты правда хочешь, чтобы им пришлось пройти через все это только для того, чтобы я потом опять им позвонил и сообщил, что мы снова вместе?

Однако продолжать настаивать на неискренности ее чувств казалось мне неуважительным, так что я сел за стол, позвонил отцу и, плача, сообщил ему, что мы с Евой расстались.

– Боже мой, – сказал папа и расплакался сам. – Ты, должно быть, убит горем. Я ответил, что да – я был убит горем.

– Он плачет, – сказал я Еве, прикрыв рукой телефон.

– Я так хотел, чтобы она стала матерью моих внуков, – сказал отец.

Это я тоже передал Еве.

– Говорит, что очень хотел, чтобы ты стала матерью его внуков.

– Надеюсь, она не порвет с нами совсем, – произнес папа. – Я сам ей позвоню и поговорю с ней.

– Папа сам тебе позвонит и спросит, не порвешь ли ты с нами совсем, – передал я.

Разговор вышел недолгим. За ним последовал точно такой же, но уже с мамой.

– Но почему? – спросила мама. – Из-за чего же вы расстались? Вы ведь любите друг друга!

– Это ты у Евы спроси, – ответил я. – Я сам толком не понимаю.

Я исправно передал Еве вопрос мамы о причинах нашего расставания и ее слова о том, что мы любим друг друга. Этот звонок тоже вышел коротким.