На правой створке двери, на уровне живота, как раз в том месте, где она соединялась с другой створкой, виднелась ржавая железная пластина с замочной скважиной посередине. Я наклонился, чтобы получше рассмотреть скважину. Выглядела она так, будто ею давно не пользовались. Однако я не большой специалист по замкам. Я глянул вниз. Но никаких следов на щебенке не увидел. Впрочем, как я уже признался лорду Бобу, следопыт из меня тоже был никакой.

Я выпрямился.

— У вас есть ключ?

Серые глаза в белых кругах моргнули.

— С собой, конечно, нет. Да и какая разница. Там, изнутри, простой засов.

Я нажал на дверь. Она не сдвинулась.

Лорд Боб снова хмурился. Его аристократическое терпение было на пределе. Он, верно, и так всю дорогу терпел, как истый большевик.

— Что вы тут все ищете?

Я достал часы. Без десяти час.

— Давайте с вами встретимся где-нибудь в доме, скажем, через час?

— Зачем?

Он снова нахмурился. Я, очевидно, переступил какую-то черту, а простому секретарю это не пристало.

— Не могли бы вы объяснить мне, — сказал он, — в чем, собственно, дело?

— Извините, пока не могу. Через час?

Легкий вздох. Он полез в карман жилета, достал часы, взглянул на них, потом на меня.

— Очень хорошо. Через час. В моем кабинете.

— Где это?

— Вам покажут.

— Хорошо. Благодарю.

— Гарри, — сказал я, — мы должны ему все рассказать.

— Но, Фил…

— Я побывал там еще раз, — перебил я. — Прежде чем прийти сюда, я вернулся к большому дереву, под которым мы стояли. Там дырка в стволе, Гарри. — Я сунул руку в карман. — А вот это было в дырке. Увесистая такая пулька, где-то тридцать третьего калибра. Я вспомнил, где каждый из нас стоял. Если стреляли оттуда, откуда я думаю, эта пуля прошла примерно в двух дюймах от вашей головы.

Мы уже вернулись в его комнату. Он сидел на кровати, прислонившись к спинке и решительно сложив руки на груди. Я сидел на стуле у письменного стола.

— Но, Фил, — сказал он, — лорд Перли считает, что это браконьер.

— Лорд Перли не знает про Цинь Су. — Я бросил пулю на кровать.

Он сделал вид, что ее не заметил.

— Но это же мог быть браконьер. Я покачал головой.

— Звук выстрела. Резкий и четкий. Не приглушенный. Тот, кто стрелял, стоял на опушке, не в глубине леса. Он целился не в оленя или кабана, или чертового бродячего слона. Он целился в вас.

Гарри сжал губы и отвернулся. Я сказал:

— Простите, Гарри, но пора с этим кончать. Если вы не скажете, я сам скажу.

Он удивленно взглянул на меня.

— Но вы же дали слово.

— Я обещал работать на вас под прикрытием. Но если вы не расскажете все лорду Роберту, считайте, я подал в отставку. И ухожу. Но сперва я расскажу ему обо всем, и можете делать вместе с ним что хотите, — я уже буду ехать в поезде в Лондон.

— Фил… — Голос звучал заискивающе.

— Вы еще кое о чем забыли, Гарри. Если бы он взял на пару дюймов с другой стороны от вашей головы, он попал бы в госпожу Корнель. Возможно, в следующий раз он в нее попадет. Можете рисковать собой сколько пожелаете. Ваше дело. Вы этим на жизнь зарабатываете. Но я не допущу, чтобы вы рисковали жизнью других людей.

Он глубоко и медленно вздохнул. И кивнул.

— Да, да, конечно. Вы совершенно правы, Фил. Надо непременно ему все рассказать.

Вечерняя почта