Читаем Еще шла война полностью

Шахтеры в художественной литературе — тема действительно неисчерпаемая, она всегда прекрасна и волнующа своим содержанием, идейной насыщенностью, богатством и разнообразием образов, жизнеутверждающей силой характера. Поэтому появление нового произведения Петра Чебалина о шахтостроителях не может не радовать читателя. Речь идет о романе «Черноокая, чернобровая» («Донбас», 1964). П. Чебалин стремится показать, как глубоко утвердились в нашей жизни социалистические отношения, в художественных образах раскрыть новаторство в труде как выражение творческой энергии народа, вдохновенно строящего коммунизм.

Во время обсуждения украинской прозы в Москве Борис Галин, положительно оценивая этот роман, сделал писателю серьезный упрек за отсутствие в нем главного, центрального героя. С точки зрения традиционных форм классического романа с его стройной, строгой композицией, где все вращается вокруг событий и явлений, связанных с отдельной личностью, утверждение Б. Галина в какой-то степени правильно. В романе «Черноокая, чернобровая» действительно нет такого персонажа, который был бы центром всего изображенного писателем, нес бы если не всю, то основную композиционную нагрузку. Но это совсем не значит, что в произведении нет главного героя, которому автор отдавал бы преимущества перед другими, обрисовывал его с большей глубиной. Так, например, Дуся Донцова, которой автор откровенно любуется, нарисована гораздо ярче, сильнее всех других персонажей. Ради нее, ее красоты и необыкновенной судьбы, а мысль об этом сама напрашивается, роман назван «Черноокая, чернобровая». Однако и не она главный герой романа.

Главным героем произведения П. Чебалина является коллектив с его всепобеждающей силой. Коллектив шахтопроходчиков, для которого труд стал творчеством, радостью деяния на благо Родины. Изображается будничная жизнь, простые люди с их заботами, радостями и неудачами. Именно эта на первый взгляд неприметная будничность показана писателем во всей своей героичности, весомости, возвышенности.

Героика труда — главная, центральная идея произведения. Проявление героического в труде — это кульминационные, наиболее напряженные моменты композиции романа. В эпизодах, рисующих борьбу с необычным ливнем, угрожающим затопить и разрушить все созданное с таким трудом, в картинах, изображающих поединок с плывуном, который появился в шахтном стволе, и других с наибольшей силой и убедительностью раскрывается мужество, несгибаемая воля, сплоченность, братская солидарность рабочего коллектива. Эти и подобные им картины и эпизоды — убедительное свидетельство того, что центральным героем романа «Черноокая, чернобровая» является коллектив, а не отдельная личность. Это вполне правомерно и оправдано материалом произведения, его темой, построением, поставленными в нем огромными задачами, решение которых под силу лишь организованному коллективу. Таким образом, винить писателя за отсутствие в романе главного, центрального героя, по нашему мнению, не следует.

«Черноокая, чернобровая» — первое многоплановое эпическое произведение Петра Чебалина. Это, естественно, не могло не сказаться на его композиции, общем построении.

Действие романа развертывается на «производственной площадке» шахтостроителей. Именно здесь происходят острые столкновения интересов, симпатий и антипатий людей, разных по своим убеждениям, взглядам, стремлениям.

Автор стремится показать своих героев во всей их духовной сложности. И в этом одна из положительных сторон романа. Однако писателю не всегда удается добиться органического слияния личного и общественного в жизни персонажей. Собственно, это и является причиной композиционных перебоев, когда сюжетные узлы работают вхолостую, появляются эпизоды и сцены, которые в общем плане не только не играют положительной роли, а, наоборот, тормозят развитие действия. Кроме того, это приводит также к стихийным, ничем не мотивированным появлениям и исчезновениям отдельных действующих лиц и даже целых картин. Вполне понятно, что такая эпизодичность, быстротекучесть образов не идет на пользу произведения.

Попутно следует отметить еще и такую манеру Чебалина-художника. Он считает нужным время от времени совершать своеобразное отступление — экскурсы в прошлое жизни своих героев. Часто в этом нет никакой необходимости, ибо читатель уже успел все узнать о них. Так приемом ретроспекции повествуется о том, как Лиля Ласточкина ехала на стройку, рассказывается история первой любви Кати Переборы. Часто повторяющийся подобный прием характеристики персонажей разрушает сюжетную ткань произведения.