Читаем Еще один человек полностью

Хотя тут какое-то недоразумение… Охранники чего-то втирают про неверный код карты, про паспорт и проверку, мужчина даже особо не возмущается, достает пачку денег, чтобы оплатить наличкой. Но чего-то охране еще надо! Они настойчиво трындят про проверку и просят «пройти к начальнику охраны, это тут, это быстро». Не очень довольный мужчина, бросив супруге (или кто там она ему?), чтобы ждала, уходит быстрым шагом в глубь зала, в сопровождении троих охранников. Ну сейчас разберутся – парням еще извиняться придется. Еще побегут помогать толкать тележки и грузить покупки в багажник. Да, хорошо быть состоятельным парнем!

Тут мое внимание привлек мужик. Он шел, покачиваясь, бормоча что-то, поминутно вытирая лицо. Руки были в перчатках, из-под которых торчали бинты. Но не это меня привлекло. У него на плече висело ружье – длинное, типа показанной Михалычем самозарядки, только покрасивее и все разукрашено под камуфляж. Мужик-то – явно покусанный. И значит – скоро двинет коня. А у него ружье. И оно ему, мертвому, не понадобится.

А вот мне как раз понадобится.

Я решительно пристраиваюсь следом за мужиком… но тут же замечаю, как один охранник что-то бормотнул в рацию – и навстречу нам пошли аж четверо, причем один выразительно положил руку на кобуру. Я остановился, а двое, подойдя к мужику, что-то спросили… а он, похоже, уже и не понимает ничего. Они подхватили его под локти и повели, почти потащили куда-то, по пути сдернув с плеча ружье. А остальные двое встали, с усмешкой глядя на меня.

Сделав вид, что вообще ничего не заметил, просвистал мимо, прихватив тележку, и ломанул за покупками. Благо денег много, могу гульнуть. Та-а-ак, че тут у нас? Красная рыбка, пойдет. Паштетик… икорочка – а как же! О, креведко! Че тут еще? Ветчина, хорошо, карбонатик… суши – о, сгребу-ка побольше… О, курица гриль! Самое оно. Салатики фасованные, угу. Надо еще салатиков набрать – подруливаю к раздаче с производства, заказываю… Че, овца, оглохла, что ли? Да ты ваще-то тут рабо… Йо. Симпатичная полнушка за прилавком смотрит на меня. Не мигая, не дыша. Она-то точно знает, с какой стороны прилавка еда, – это я тут ошибся. Валим-валим-валим… надо будет охране сказать. Потом. Так, дальше… о, пивасик! Во, вот он – пятилитровка «Баг-Бирр»! Одну возьму… нет, две! – он не портится даже открытый неделями – вот что значит западные технологии! Не то что всякое дерьмо – прокисает моментально.

Так, водка… да на фиг водка! Не, ну вот этой, по пятьсот возьму пару. А остальное – вот коньяк хороший… о, вискарь… ох, обалдеть… может, и тут спереть, как в «Ленте»?.. Не, тут чревато. Ладно, пузырь один. Водку дорогую не надо, подешевле. Три. Во, вот так. О, еще шампуни возьму – завтра ж к Ирке идти, надо козу порадовать. Пусть бухнет – меньше кобениться будет. Хотя кобениться – не кобениться… какая разница! Ладно, возьму – заставлю выжрать: повеселее будет. На кассе набрал «Ред-Булла» – с водярой мешать отменный ерш – и вспомнил, что надо батареек, – набрал всяких. Быстро пробился и немного припух от счета – похоже, цены-то подняли… и когда успели? Вытолкал тележку за линию, распихал все по сумке – лучше это сделать здесь, на свету и в безопасности. Подхватив сумку, пошел к выходу, спохватился и подошел к охраннику:

– Слышь, это. У вас там, где салаты раздают, – девка мертвая стоит.

– Че, савсэм мертвая? – как-то прифигевши спросил охранник. Такое впечатление, он думал совсем о другом, весь был словно в ожидании чего-то, а я его отвлекал.

– Не совсем. Умерла и ожила, стоит дохлая и пялится.

– А-а-а-а… панятна, – ответил страж и вновь полностью потерял ко мне интерес.

Чет я не понимаю… они тут такие толковые, вон как все организовали… а тут мертвяк в зале… она ж там всех распугает, покупателей не будет – и их взгреют… Или – этот филонит? Да фиг с ним, его дела…

Двигаясь к выходу, услышал, как скандалит у касс та самая стервозная тетка, чего-то требуя. Стоящие рядом два охранника объясняли ей, что «да, умэр… прямо умэр и ожыл… прышлось стрэлят… да был он укушаный, был ужэ… как нэ был? был!.. да, мамой киланус, был, ма-а-а-а-аленкий такой ранка… а потом умэр… да пойдемте, пасмотрыте самы…» – и тетка, размахивая руками и возмущаясь, побежала в глубь зала, а охранники следом. Чет, видно, нехорошо с тем мужиком… эх, верно, неосторожно где-то…

Вышел в темноту, настороженно держа биту наготове. Осмотрелся. О, вон у микроавтобуса мельтешат люди – видно толстяка. Грузят, похоже. Рядом еще стоит джипарик какой-то, туда тоже грузят. Видно, подъехал его «Сема».

Уже готов шагнуть к ним, но тут внимание привлекает темная фигура на краю парковки. Присмотревшись, понимаю – один из охранников. Только с ним что-то не в порядке. Стоит, держась обеими руками за ограждение, согнулся… словно с перепою. О, вообще присел на корточки, держась руками же… Да он, похоже, тоже на издыхании! Опа, а это уже интереснее. Вдруг у него пистолет? Это же не какое-то ружье!

Опасливо оглянувшись, поставил сумку на землю и перехватил биту поудобнее. Ну-ка… никого?.. Никого.